Филимон Добрый 94

Он поднял руку, ногти которой, хотя и были острыми и острыми, как ножи, были изысканно наманикюрены.

- Сир, нет, умоляю вас, я...!”

Гром, темный и противный, прокатился по долине. К тому времени, как он затих, то же самое произошло и с некогда непобедимым демоном Нагаротом. Обеими руками слегка потянув вниз край своего прекрасного жилета, игрок повернулся к тому, кто вызвал его.

- Ты просто кусок работы, Амос Малоун.- Глаза сверкнули. - Теперь я считаю, что мой старый долг перед вами должен быть возвращен. В следующий раз, когда мы встретимся... - выражение его лица, которое начало темнеть, снова сменилось улыбкой вежливого беззакония. “Я с нетерпением жду того дня, когда наши силы поменяются местами, и я могу вызвать тебя—для посещения моего жилища.”

Малоун фыркнул.- Хорошо, что ты бессмертен, потому что я думаю, что именно столько тебе придется ждать. И даже когда это время придет, я планирую посадить свою задницу в другом месте.- Он взглянул на небо. - И все же утро прекрасное, хотя и немного прохладное. Было бы невежливо с моей стороны не предложить разделить завтрак со знакомым попутчика, каким бы подлым и гнилым ни было его бессмертное "Я".- Он указал на перевернутую сковородку. “Придется начинать все с самого Агина. Твой приспешник все испортил.”

Усевшись на землю, игрок дал понять, что согласен.“Мне всегда холодно, на этой дороге. Я люблю бекон и яйца хорошо сделано, если вы пожалуйста, и мой тост—”

“—обжигать. Я знаю. Малоун направился к своим седельным сумкам. Как только он это сделал, Дьявол окликнул его.

“Не так уж и мало для того, чтобы вызвать меня, не говоря уже о том, чтобы с готовностью отменить столь важное обязательство.- Он оглянулся на место, которое раньше было домом теперь изгнанного и опозоренного демона Нагарота. “Что-то значительным следствие, должно быть, последовал за вами, чтобы сделать так.”

Вернувшись с яичницей, беконом и хлебом, Малоун прошептал несколько слов перевернутой сковороде, заставляя ее кувыркаться и подпрыгивать на земле, пока она снова не оказалась удобно расположенной над кругом камней, окружавших костер. Изредка из-под тяжелого чугуна вырывалось пламя и ласкало один из сапог старого Ника, как кошка облизывает своего хозяина.

- Ну, я думаю, что в таком месте это было бы очевидно. Бросив бекон на сковородку, Малоун увидел, как он начал шипеть. Он начал разбивать яйца. - Твой бывший подчиненный, ну, он хорошо меня достал и распарил.”

свобода выборов

Совмещение науки и магии-это всегда трудная задача. Тем более где-нибудь на Старом Западе, где наука склонна распространяться примерно до обсуждения ингредиентов щелочного мыла. Но когда вы сталкиваетесь с проблемой, которая включает в себя оба, вы должны использовать оба, чтобы решить ее.

Упрямство-это качество, которое в равной мере можно найти у ученых и магов. Как и скупость. Эти характеристики человека присутствуют независимо от профессии, к которой он принадлежит. Иметь дело с ними означает иметь дело с обоими, понимать обоих и быть в состоянии призвать обоих.

Поскольку наука каламбуров несколько проще и отсутствует магия, я чувствую себя комфортно, используя ее.—

“Мне очень жаль, сэр, но у нас нет воды, и я боюсь, что вам придется пить виски прямо.”

Хотя молодой бармен был таким же крепким и жилистым, как и земля, на которой было построено питейное заведение, в котором он сейчас работал, его голос слегка дрожал, когда он объяснял. Возможно (скорее всего, так оно и было), что его нынешнее тревожное настроение было вызвано присутствием клиента, которому он был вынужден принести извинения.

Безумный Амос Мэлоун так действовал на людей.

Горец не столько отдыхал у стойки, сколько грозился проглотить ее. Действительно, его колоссальная туша, казалось, заполняла большую часть всего салуна Double Eagle. Стоя чуть выше или чуть ниже семи футов ростом, в зависимости от того, сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз принимал ванну, и веся по соседству (самый негостеприимный, бармен был уверен) триста фунтов плюс-минус, когда он в последний раз подстригал свою огромную черную бороду, Амос Малоун не был человеком, которому можно было отказать.