Мультипликация – искусство условное. Мы не требуем от персонажей полного уподобления реальным живым существам, легко домысливая опущенные детали. И все же… Когда эти детали сохранены, мы быстрее проникаемся к персонажам симпатией. В борьбе за сердца зрителей мультипликаторы постепенно учились делать воду – мокрой, солнце – жарким, а шерсть животных – пушистой.
История, о которой сегодня пойдет речь, началась в 1951 году. Во время съемок «Лесных путешественников» режиссер М. Пащенко купил живую белку, чтобы, наблюдая за ее повадками, изучить характер движений этого зверька. Белка так привыкла к нему, что охотно вылезала из клетки, гуляла по комнате, брала орешки из его рук, спокойно сидела у него на плече.
Длительное общение с милым пушистым бельчонком зародило у режиссера идею – постараться передать эту «пушистость» на экране. И уже в следующем своем фильме, «Непослушный котенок» (1953), он делает главного героя, шаловливого котенка, «пушистым».
Добиться такого эффекта в рисованной мультипликации, где используются четкие контурные рисунки, совсем непросто. Помимо терпения и ювелирной, кропотливой работы, М. Пащенко проявил в этом фильме чудеса изобретательности и выдумки. Вместе с оператором, А. Астафьевым, он решил эту задачку, сняв героя в две экспозиции. Результат оказался блестящим не только в техническом отношении, но и в творческом. Котенок в фильме получился необыкновенно легким, пушистым, обаятельным, чем сразу завоевал симпатии маленьких зрителей.
«Пушистые» контуры получил в этом фильме не только котенок, а еще и зайчонок («простой, а не солнечный»), бельчонок и даже облака. Это была победа не только режиссера М. Пащенко, но и всей советской анимации.