Филимон Добрый 19

Ее появление отвлекло несколько пар глаз от карт, напитков и нездоровых хозяек, которые были единственными не-мужчинами, присутствовавшими в тот день на Пикадилли. Несколько рук нащупали ее, и ее деревенская красота вызвала не одно похотливое предложение. Она пробежала сквозь строй обнадеживающего разврата, ища в толпе кого-то особенного, вырываясь из одной хватки за другую, юбка и волосы развевались, выдергивая шаль из грязных, скользких от рома пальцев, которые вцепились в нее.

Один бывший шахтер был более настойчив (или менее пьян и потому более точен), чем остальные, потому что вскоре он крепко держал ее обеими руками.- Не будь такой упрямой, маленькая леди."Он наклонился ближе и заговорил с дыханием, которое было на грани воспламенения. “Как насчет небольшого поцелуя?”

Ее спина выгнулась дугой, когда она попыталась увернуться от его рта и миазмов, которые исходили из пьяных глубин за ним.- Я замужняя женщина, сэр, и порядочная. Я буду благодарен, если ты отпустишь меня!”

При этом благочестивом заявлении за соседними столами раздался смех.- Берегись, Мисси, - усмехнулся ее похититель. “Что касается Фаста, то он не доставляет мне никаких хлопот, а что касается второго, то это, естественно, объясняет, что ты делаешь в таком шикарном отеле!”

Снова раздался смех, который Малоун не мог игнорировать, хотя до сих пор делал это со всеми своими проблемами. Вообще-то он был склонен заниматься исключительно своими делами, но было что-то в поведении и тоне этой женщины, что заставило его поверить, что она может быть такой же честной, как утверждала. Как бы то ни было, день в сонном Сакраменто выдался неспешный, и ему нечем было заняться, поэтому он допил остатки янтарной жидкости из своего стакана, медленно поставил стакан на дубовую стойку, вытер губы и повернулся. На его лице было такое выражение, что бармен поспешил скрыться из виду.

- Прошу прощения, друг, - прогрохотал Малоун голосом, который звучал так, словно поднимался со дна шахты, - но, похоже, леди попала в какую-то беду и не нуждается в дополнительной помощи.”

- И шутите, какое это дело... - бывший шахтер заколебался, увидев своего собеседника. “...Безумный Амос Мэлоун?- он продолжал, и его голос внезапно стал меньше, чем шепот.

Безумный Амос Мэлоун был чуть выше и чуть шире, чем большинство людей... и немало медведей. Он был—или был-членом той уникальной породы, известной как горный человек: этот своеобразный подвид homo sapiens тесно связан как с ангелом, так и с неандертальцем. Здравомыслящие люди оставляли таких людей в покое.

Молодая женщина резко обернулась, и ее глаза расширились, когда она увидела Малоуна.- Сэр, если вы действительно тот Амос Мэлоун, которого они называют сумасшедшим, то вы тот, кого я искал.”

Будь она проклята, если у нее нет зеленых глаз, подумал Малоун. Он всегда был помешан на зеленых глазах. “Тогда это личное.- Малоун шагнул к бывшему шахтеру, который и сам не был тяжеловесом. “Теперь ты понимаешь мое беспокойство, друг.”

- Да. Берег я Кин, мистер. Другой мужчина не сводил глаз с горца, когда тот отпустил женщину и отодвинулся в сторону.

“Ну что ж, мэм, - вежливо сказал Малоун (такие прозрачные зеленые глаза!), "это вряд ли место, чтобы участвовать в благородной беседе. Я предлагаю выйти наружу.”

- Благодарю вас, мистер Мелоун. Прикрыв плечи шалью, она направилась к вращающимся дверям, Малоун последовал за ней.

Когда они подошли к дверям, Малоун почувствовал за спиной нервный шепот удаляющегося воздуха. Воздух такой забавный. Он может смеяться, он может плакать, и он знает, когда уйти с дороги. Воздух не дурак.

Как и Амос Малоун, который резко повернулся и поднял руку, дернувшись в сторону. Послышалось несколько вздохов, и несколько карт упали на пол салуна, когда он выхватил нож из воздуха в трех дюймах от того места, где его шея была всего несколько секунд назад.

Бывший шахтер, который бросил его, издал сдавленный крик и ворвался в заднюю дверь, не останавливаясь ни для того, чтобы вернуть свое имущество, ни для того, чтобы повернуть замок.

Несколько лет спустя те, кто утверждал, что они были там, клялись, что видели, как горец наклонился вперед и прошептал несколько слов ножу, прежде чем бросить его в ответ. Один из них настаивал, чтобы нож ответил ему тем же.