Филимон Добрый 22

О, пожалуйста, заставьте ее уйти и исправить ущерб, который она нанесла!”

- А где остальные члены твоей семьи?- Спросил ее Малоун.

“Туда.- Она снова зарыдала, указывая пальцем.

В дальнем углу кухни, сжимая в замерзшей руке пригоршню сигар, стояла деревянная фигура поразительного реализма. Однако он был сделан не по образу флегматичного равнинного индейца, а скорее по образу молодого человека, одетого в шерстяную белую рубашку, подтяжки, рабочие ботинки, пару революционно новых брюк Мистера Леви и выражение, которое смешивалось с недоумением и явным ужасом.

- Это мой муж, Харт, - прорычала Мэри Мейкпис, - а те большие банки из-под печенья у его ног-наши сыновья, Фрэнк и Кристофер.”

Малоун кивнул, выражение его лица грим.- У тебя, конечно же, есть противник.- Он приготовился.

Они ждали, пока ведьма продолжала участвовать в своей оргии разрушения. Наконец крошечное зло, одетое в обличье старухи, приблизилось и зависло в воздухе в футе от бороды Малоуна.

-О-хо-хи-хи, - радостно засмеялась она. - Значит, хозяйка дома вернулась, а? Хорошо! Я был так занят, что пропустил тебя в первый раз!- Она озорно посмотрела на испуганную Мэри. “А кем бы ты хотел быть? Может быть, хорошая Арфа? Из тебя получилась бы красивая Арфа, Мисси. Или, может быть, это слишком хорошо для таких, как вы, да, слишком хорошо наполовину. Пивная кружка, может быть, для какого-то грязного человека, чтобы пить из нее? Или как насчет банки помоев? Хи-хи-хи! Да, это тебе подойдет, да, да, зеленоглазая помойка!- Она закружилась в тесном кругу, восхищенная своей извращенной изобретательностью. Мэри Мейкпис слабо съежилась за спиной Малоуна.

Ведьмак попытался увернуться от него. Каждый раз он преграждал ей путь большой мозолистой рукой. Наконец разъяренная маленькая гадость всплыла и посмотрела ему в глаза.

- А теперь, что это, что это мешает моей домашней работе, а? Я думаю, что он живой. Я думаю, что он действительно живет, я думаю. Сначала я подумал, что это большой мешок навоза, который Мисси толкнула перед собой, чтобы спрятаться, но теперь я вижу, что он движется, движется, хи-хи-хи. Может быть, он тоже говорит, не так ли?”

“Вы, без сомнения, самый отвратительный, самый отвратительный на вид кусочек желчи, на который мне когда-либо приходилось смотреть.”

- Лесть поможет тебе куда угодно, сынок, - хихикнула она. Затем мрачным тоном, полным угрозы, она добавила: - Возможно, если я выколю эти глаза для тебя, ты не станешь беспокоиться о том, чтобы натравить их на меня, а?- Когда Малоун не ответил, Она спросила: - Что мне с тобой делать? Ты слишком большой, чтобы сделать из тебя предмет мебели для этой одурманенной кухни. Может быть, я зайду на кухню, да-да? Да, с милым маленьким костерком в животе.- Ее крошечные глазки угрожающе сверкнули. - Я испеку свой хлеб у тебя в животе, чувак.”

Не обращая на нее внимания, Малоун прошептал Мэри Мейкпис: - вы с мужем в последнее время ссорились, мэм?”

- Конечно, нет, - начала она. - Мы были счастливы... - затем она вспомнила, что Безумный Амос Малоун сказал ей о том, что может чувствовать запах лжеца на некотором расстоянии, и передумала. - Да, да, были.- Она дрожала, уставившись в пол. “Но если бы только я мог вернуть его, Амос! Мы ссорились из-за таких пустяков! А дети ... я больше никогда не буду так кричать на моих дорогих мальчиков!”

- Большинство людей не думают ясно о последствиях сильных слов, когда они извергают их, мэм. Вот что, вероятно, навлекло на вас это зло. Драки могут отравить дом, а кухня особенно чувствительна к ним. Если другие условия верны-не говоря уже о других условиях—ну, вы видели, что может произойти.”

- Пожалуйста, верни мне мою семью, Амос, - взмолилась она. - Пожалуйста ... я сделаю все, чтобы получить еще один шанс.Что угодно.”

Зеленые глаза, полные обещания, метнулись к нему, но Малоун решительно отвернулся от этого манящего взгляда с решимостью, которой позавидовал бы любой пони Кайова.- Просто держитесь позади меня, мэм. Просто держись позади меня.- Он снова повернулся к ожидающему ведьмаку.

-Я не думаю, что ты собираешься превратить меня в камин, грязные пальцы, - сказал он ей, - и я намерен позаботиться о том, чтобы ты больше не причинял вреда этой леди и чтобы ты исправил уже нанесенный ущерб.”

“Хи-хи-хи, ты ведь знаешь, правда?”