Филимон Добрый 8

Затем он засунул руки (которые, как показалось безумному Амосу, слегка дрожали) обратно в рукава и поклонился.

Безумный Амос поклонился в ответ и сказал на безупречном кантонском диалекте: "похоже, что твои старания превзошли все твои знания, немощный.”

Из шелка появилась рука и требовательно протянулась ко входу в палатку.“Убирайся из моей палатки, Дьявол. Убирайся! Или я непременно превращу тебя в жалкую жабу, как подсказывает твое лицо!”

Безумный Амос улыбнулся и сделал шаг вперед.- А теперь давай успокоимся, изобретатель лжи, или с тобой покончат. Я не могу превратить тебя в жабу, но когда я закончу с тобой, ты будешь выглядеть как туша буйвола, которую только что раздели несколько Команчей.”

Мужчина заколебался, но не отступил. Он поднял обе руки и пробормотал важный призыв к небесам.

Безумный Амос некоторое время слушал, потом пробормотал что-то в ответ.

Глаза потенциального колдуна расширились. - Как может Белый дьявол знать тайные слова Шао?”

- Это длинная и неприятная история. Конечно, я не знаю их всех, но я знаю достаточно, чтобы знать, что вы не знаете, о чем, черт возьми, вы призываете. Я подозреваю, что именно из-за этого у тебя были неприятности в прошлый раз. Я знаю достаточно, чтобы знать, что это все шоу, чтобы произвести впечатление на ваших трудолюбивых родственников там. Ты не Мандарин, у-Линг, так же как и не чародей Шао. Ты всего лишь ловкий дилетант, дилетант в темноте, и я думаю, что ты слишком увлекся этим драконьим делом.”

- Так вот что заставляет тебя делать со мной. Этот проклятый зверь!- Он бросил кепку на пол. - Пусть его ногти на ногах вырастут в тысячу раз! Я знал, что это принесет мне проблемы с того момента, как заклинание расширилось за пределы моей способности контролировать знаки.- Он тяжело опустился на подушку, уже не дерзкий и властный, а просто обезумевший молодой будущий адвокат, чей договор с силами тьмы был отменен высшим судом.

Наблюдая за ним таким образом, Безумный Амос сумел вызвать в себе немного сочувствия к нему, что само по себе было немалым магическим подвигом.“А как тебе вообще пришло в голову звонить ему?”

- Мне нужно было что-то, чем можно было бы запугать моих невежественных родственников. Некоторые начали сомневаться в моем праве требовать их поддержки, говоря, что я не настоящий колдун и не могу угрожать им, как я утверждал, или творить магию на родине для их родственников и друзей. Я получил нечто впечатляющее, чтобы раз и навсегда предотвратить такую неопределенность.”

- Понятно. Как отнеслась железная дорога к тому, что ваши братья поддерживали вас в роскоши, пока они работали над своими хвостами?”

- Боссы Белого Дьявола не заботятся о цивилизованном поведении, пока работа выполняется вовремя.”

- Значит, тебе в конце концов пришлось производить, говоря магическим языком, или рисковать, работая своими тонкими руками, похожими на мандарины. Это примерно так?”

- Все так, как ты говоришь. Ву-Лин повернулся и принял гордый вид. “И я действительно продюсировал. Однажды ночью в лагере материализовался дракон из цельной ткани, с древним лицом и свирепым нравом. С тех пор среди моих родичей больше не было ропота, и моя поддержка многократно возросла.”

Безумный Амос кивнул и погладил свою пышную бороду.- Ага, у тебя тут неплохой маленький рэкет. Конечно, могут возникнуть некоторые проблемы, если я выйду на улицу и объявлю, что ты не имеешь больше власти над этим драконом, чем я над глазом тандерберда. Я думаю, что ваши трудящиеся родственники были бы немного несчастны.”

Хвастовство молодого человека быстро сменилось отчаянной мольбой. - Пожалуйста, не говори им этого, Белый дьявол! Пожалуйста ... они бы задержались над моим убийством на несколько недель, если бы узнали, что у меня нет власти над ними.- Его взгляд опустился. - Я признаюсь во всем тебе, кто знает эти слова. Я не могу контролировать этого дракона. Я попытался заставить его исчезнуть, как только его цель была достигнута. Он засмеялся Надо мной и улетел в сторону высоких гор. Я пытался перезвонить ему, но безрезультатно. Теперь он делает все, что ему заблагорассудится, угрожая также и вашим собственным людям. Я был слишком нетерпеливым дураком, решившим внушить благоговейный страх своему народу. Я должен был согласиться на менее драматическую материализацию.”

Безумный Амос глубокомысленно кивнул.