Филимон Добрый 7

Рядом были аккуратно сложены груды рельсов и шпал, а также бочонки с шипами, дополнительные молотки и другое оборудование. Густые, едкие запахи доносились из одной большой палатки, в то время как другие поднимались с дальней стороны железнодорожного лагеря. Один набор запахов указывал на кухню, другой-на конечный продукт.

Линия из Денвера в Шайенн была сравнительно новой и нуждалась в регулярном ремонте. Команда, которая проложила первоначальный путь, теперь прокладывала свой путь вниз по линии, ремонтируя и очищая, убедившись, что дорожное полотно было прочным, а рельсы безопасными.

Мускулистые, обычно миниатюрные мужчины, размахивая молотами и таща железо, с интересом смотрели, как высокий горный человек въезжает в лагерь. Так же как и мускулистый надзиратель, которому было поручено следить за своими импортированными рабочими. Хотя он происходил из рода предубежденных людей, он не потерпел бы оскорблений по отношению к своим людям. У них могут быть смешные глаза и еще более смешные разговоры, но, клянусь Богом, они будут работать весь день и ни на йоту не жаловаться, чего нельзя сказать о большинстве мужчин.

“В порядке. Шоу окончено, - прорычал он, осознавая, что работа замедляется по всей линии, поскольку все больше людей останавливались, чтобы проследить за продвижением неуклюжего незнакомца. - Встаньте к нему спиной, счастливые Сыны Неба!”

Стук молотков возобновился, эхом разносясь по каньону, но настороженные темные глаза все еще смотрели в сторону молчаливого посетителя.

Они расширились под бровями одного широкоплечего рабочего, когда незнакомец наклонился ближе и что-то прошептал ему на мелодичном, певучем языке. Человек был так поражен, что чуть не уронил молоток на ногу. Незнакомцу пришлось повторить свой вопрос медленнее, прежде чем он получил ответ.

“Самый необычный. Белый дьявол свободно говорит на языке моего дома. Вы так далеко путешествовали, уважаемый сэр?”

- Один или два раза. Я никогда точно не знаю сколько. Кантон-милый маленький городок, хотя еда немного жидковата на мой вкус. А теперь, как насчет моего вопроса?”

Водитель "Спайка" заколебался. Несмотря на свои размеры и силу, рабочий внезапно испугался; он посмотрел мимо лошади гостя, как будто кто-то мог наблюдать за ним.

Безумный Амос проследил за его взглядом и увидел только палатки. - Не волнуйся, - сказал он успокаивающе. - Я не позволю тому, кого ищу, причинить вред тебе или твоим друзьям или родственникам дома. Я не позволю ему беспокоить твоих предков. Ты доверяешь мне, друг?”

- Я так и сделаю, - внезапно решил рабочий. - Тот, кого ты ищешь, называется у-Лин. Вы найдете его в третьей палатке внизу.- Он оперся на молоток и указал. - Удачи тебе, Белый дьявол.”

“Благодаря.- Безумный Амос бросил поводья лошади и продолжил свой путь вверх по тропе. Люди, работавшие на линии, внимательно наблюдали за ним, перешептываясь между собой.

Выйдя из указанной палатки, он спешился, остановившись на мгновение, чтобы ласково погладить свою лошадь. Этот уникальный конь был наполовину индийским пони, наполовину Аппалузским, наполовину арабским и наполовину Ширским. Он был черным с белыми пятнами на заднице и подушечках и белым кольцом вокруг правого глаза. Этот глаз был не в состоянии полностью открыться, что повлияло на животное с кислым прищуром, который помогал держать дразнить детей и случайных конокрадов подальше.

- А теперь жди здесь, ничтожество, а я сейчас вернусь. Я надеюсь.- Он повернулся и крикнул в палатку.

- Войдите, бесполезный проситель тысячи оправданий, - ответил властный голос.

В палатке на циновке сидел молодой китаец в расшитой шелковой мантии и шапочке. На нем были мягкие тапочки и несколько нефритовых колец. В палатке были цветы, и они сочетались с горящими благовониями, чтобы избавиться от неприятных запахов лагеря. Человек стоял спиной ко входу и со скукой указал на лакированную чашу, на три четверти заполненную монетами.

- Положи свое жалкое Приношение на обычное место и уходи. Я медитирую с силами тьмы. Горе тому, кто потревожит мои мысли.”

- Горе тем, кто имеет дело с силами, которых не понимает, прародитель сотни блефов.”

Коленопреклоненный обернулся на звук английского, но обнаружил, что смотрит на волосатого, уродливого, гигантского Белого Дьявола. Ему потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться.