Авксентий Мудрый 33

Леонид держал в руке новый стакан водки. Он не знал, как она туда попала и откуда взялась. Хрущев поднес свой бокал к бокалу Леонида.

- Прежде чем я уйду, - сказал Хрущев, наклоняясь ближе, - вы должны мне все рассказать.”

Выражение его лица из отеческого превратилось в детское. Он вошел в толпу и начал пожимать руки.

Неожиданный приезд Хрущева досрочно положил конец партии, по крайней мере для главного конструктора. Вместо того чтобы поделиться выпивкой со своими подчиненными, он остановился после первого же стакана и прошелся по комнате в тени Хрущева. Хрущев занимался каждой группой людей, с которыми он сталкивался, спрашивая каждого, что они сделали для программы. Главный конструктор не мог расслышать всего сказанного, тем более что шум вечеринки нарастал, что казалось с каждой выпитой каплей водки. Что бы ни говорил Хрущев, ему всегда казалось, что он указывает на потолок или сквозь него, как будто ему нужно было напомнить тем, с кем он говорил, о местоположении пространства. Пространство, однако, было во всех направлениях, поэтому независимо от того, куда один из них указывал, даже прямо вниз, прямо через адскую жару ядра Земли, там, на другой стороне, было почти-возможно-бесконечное пространство. Самым трудным в достижении космоса было победить животный инстинкт, который все еще настаивал, несмотря на рациональное знание, что Земля плоская.

Через полчаса главный конструктор отступил в тишину коридора и стал ждать. Вскоре после этого вышел Георгий, протянул ему стакан водки и вернулся на вечеринку. Георгий всегда казался более осведомленным, чем все остальные, способным заметить, как один человек покидает переполненную комнату, способным почувствовать желание этого человека выпить. Еще так молоды, но главный конструктор уже считал его великим человеком, космонавтом, который поведет их в будущее, первым человеком, ступившим на Марс…

Но нет, это был просто далекий сон. По его мнению, главный конструктор сделал ударение на слове "мечта" больше, чем на самом деле.

Из общей комнаты доносились звуки гитары Георгия, он быстро отбивал ритм, а потом запел высоким, сильным тенором. Главный конструктор не мог разобрать слов, но по смеху, который последовал, он предположил, что песня была обычной частушкой. Георгий, казалось, знал бесконечный список коротких, юмористических, часто рискованных песен. Его выступления стали главным событием воскресных вечеров в Звездном городке.

Вскоре персонал уже хлопал в ладоши и подпевал, поднимая шум, который был ужасен и прекрасен одновременно. Для такого человека, как главный конструктор, который большую часть своей жизни использовал взрывы, такой управляемый хаос был утешением. Он подумал о том, чтобы вернуться, не обращая внимания на Хрущева и просто наслаждаясь зрелищем торжества своих сотрудников. Он не думал, что может быть его реальной частью. Ему еще нечего было праздновать, только половина побед представлялась публике полной, всем, кроме тех, кто выжил, и еще нескольким. Главный конструктор заметил, что его стакан пуст. Он уже допил водку.

В коридоре позади него раздался одинокий лай. Надя пошла с кашей к главному конструктору. Хвост каши, выгнутый дугой вверх и вперед так, что кончик его был направлен ей в спину, задвигался взад и вперед. Каждый ее шаг был наполовину отскоком. Ее язык свисал из уголка рта, как будто она строила рожи, а губы, как у собаки, скривились в усмешке у основания длинной морды. Она вскочила и положила ноги на бедро главного конструктора. Он наклонился, борясь со скрипом в левом колене, и почесал кашу за ушами и под подбородком.

“А это кто?"Хрущев говорил от дверей в общую зону. - Я не знал, что у тебя есть домашнее животное, Надя.”

- Это не домашнее животное, - сказал главный конструктор. “Это одна из наших собак. Мы готовили их к космическим полетам.”

“Собака в космосе?- спросил Хрущев. Его круглое лицо сморщилось от морщин. - За что?”

Главный конструктор встал.- Я рад, что ты спрашиваешь!”

Он почувствовал, как его голос изменился, приобретая искусственную веселость. Этому тону он научился у продавцов посуды на менее заметных улицах Москвы.