Авксентий Мудрый 31

Я разговаривал с Леонидом.”

- Закройте дверь, - рявкнул главный конструктор.

Марс обернулся и увидел, что дверь за его спиной все еще широко открыта. Он нащупал ручку и закрыл ее.

- Прояви хоть немного благоразумия, приятель, - сказал главный конструктор. Я рада, что ты пьешь. Я знаю, что поставила тебя в ужасное положение, но если кто-то за пределами внутреннего круга когда-либо узнает, там—”

- Ты меня не слышишь, - сказал Марс. “Я все это время разговаривал с Леонидом. Я всегда теряю счет дням в радиорубке. Здесь нет ни окон, ни часов. Я думала, что прошло меньше недели, но прошло уже четыре, а Леонид все еще там. Я говорил с ним не более часа назад, до того как он вышел из зоны действия передатчика.”

- Ну же, Марс, это невозможно. Есть только достаточно воздуха в течение пяти или шести дней.”

- Знаю, знаю. Я все это знаю, но либо Леонид еще жив, либо его призрак может оперировать Зарю.”

Главный конструктор попытался осмыслить то, что говорил ему Марс. Должно быть, это ошибка или какая-то жестокая шутка. Марс пил, как это часто бывало. Может быть, он хотел пошутить, обмануть старика. Может быть, он был слишком пьян, чтобы понять, насколько ужасной будет шутка.

- Сейчас не время для шуток, - сказал главный конструктор.

“Когда это я шутил?”

Главный конструктор знал, что это правда. Если у Марса и был изъян, то это была чрезмерная серьезность. Единственный раз, когда его личность согрелась, был в радиорубке. Смерть близнеца подействовала на него гораздо сильнее, чем на остальных, хотя оба Марса были выбраны в более раннем возрасте и разделены для своих уникальных тренировочных режимов раньше, чем остальные. Они встречались, может быть, два раза в год, тайно поздно ночью, чтобы этот Марс знал все, что знает другой. До старта они не разговаривали. В конце концов, они должны были быть одним и тем же человеком. Какая польза может быть поговорить с самим собой?

Поначалу главный конструктор считал обман необходимой предосторожностью, следующим логическим шагом в первоначальном плане Циолковского. Но нет, он не мог винить Циолковского. Виноват был только главный конструктор. Теперь, глядя на Марс, главный конструктор понял, что принял жестокость за осторожность. Он вспомнил время, когда на Марсе вспыхивали моменты великого юмора, но это было много лет назад, воспоминание о другой версии этого человека. Нет, этот Марс никогда не шутил.

- Простите, - сказал главный конструктор, - но вы должны понимать, что в это трудно поверить.”

- Иди поговори с ним сама.”

“Когда он будет в пределах досягаемости?”

- Может быть, полчаса.”

- Надя и Леонид к тому времени вернутся, и вечеринка у Георгия начнется. Найди меня.”

- Да, Главный Конструктор.” Марс повернулся, чтобы уйти.

- И Еще, Марс.…”

- Да, Главный Конструктор?”

- Мне очень жаль.”

- За что?”

Главный конструктор только опустил голову в ответ. Марс вышел. Может ли он быть прав? Неужели он все это время разговаривал с Леонидом? И если да, то что означало выживание Леонида?

На своем столе главный конструктор обнаружил отчет о тепловом щите все еще открытым, диаграмма за диаграммой печатались на странице за страницей. Прошло десять лет, а они все еще не приблизились к решению. Было так легко заставить что-то гореть, так трудно заставить это гореть так, как хочется.• • •

Как только Надя и Леонид вошли в парадную дверь общежития, Георгий уже протягивал им стаканы с водкой. Леонид оглянулся на Игнатия, который вошел следом за ним, и она кивнула, что пить можно. Инженеры и техники выстроились вдоль залов, хлопая и хлопая в ладоши, когда космонавты проходили мимо, следуя за Георгием в общую зону. Из распахнутых дверей доносились звуки вечеринки, яркий гул дюжины перекрывающихся разговоров, смех, громкая песня, звон бокалов. Обычно здесь было так тихо, что Леониду казалось, будто он находится в каком-то месте, где никогда раньше не бывал.

Когда они с Надей вошли в комнату, раздалось громкое приветствие. Леонид не узнавал многих людей, тех, кто обучал его брата и кто все думали, что он и его брат были одним и тем же человеком. Первую неделю после возвращения он будет изучать новые имена и общие истории.