Феофилакт Серьезный 173

Госпиталь, мрачное кирпичное строение, построенное как шерстяная мельница 150 лет назад, был заполнен солдатами, раненными в кампании в Северной Африке. Леди Энн была назначена в нечто под названием Консультативный комитет Женской больницы и утверждала, что это дает ей право присоединиться к нам. В тот день она привела нас в палату длительного выздоровления. Британские солдаты с трудом выпрямлялись в своих постелях или поворачивали головы в нашу сторону. Несколько человек неуверенно поднялись и отдали честь генералу. Они усмехнулись этой чести. Генерал клей громко поприветствовал их, затем медленно прошел вдоль ряда кроватей, разговаривая с ними по очереди, пожимая руки, отвечая на приветствия, похлопывая по плечам.

Он подошел к одному солдату, который смотрел в потолок. Простыня покрывала его до самой шеи. Он быстро открывал и закрывал глаза и облизывал губы в таинственном синкопировании, но, казалось, не замечал нашего визита. Клей остановился в конце кровати. Леди Энн, Британский полковник, который был директором больницы, и я собрались вокруг него. - Скажи мне, солдат, где тебя достал немец.”

Раненый не ответил, но солдат, лежавший на койке через проход, крикнул:“Немцы тут ни при чем, генерал. Парень взял несколько недель отпуска от войны, вот и все. Что-то вроде праздника.”

Другой солдат, подняв ногу в гипсе, громко сказал: "он должен быть контужен, генерал. Но он прекрасно ест, что бы ни подавали. И он читает свою почту. И вы знаете, как это скучно на фронте, спать на камнях и кактусах, и мириться с этими надоедливыми немцами.”

Кто-то еще крикнул:“ублюдок с Голубиным сердцем.”

Генерал клей потянул себя за подбородок. Он поднял карту с изножья кровати и взглянул на нее. Затем он наклонился ближе к контуженному солдату. - Я держал это в секрете на протяжении десятилетий, рядовой Сидуэлл, но то же самое случилось и со мной во время Великой войны.”

Хор смеха донесся от британских солдат.

Один из них крикнул:“конечно, генерал.”

-Хорошо, генерал, - сказал другой. - А я Принц Уэльский, как только смогу убедить своего доктора.”

Солдат с поднятой ногой хмыкнул: "Вы настоящий тоник, генерал. Обычный Бен Лайон.”

Лайон был радио-комик, который появился со своей женой, Бебе Дэниелс, на Showhi Gang!

Клей улыбнулся им, но поднял руку.- Дай мне закончить.- Он снова повернулся к рядовому Сидвеллу. - Это случилось не во время первого артиллерийского боя, в котором я участвовал, а во время второго, который я всегда находил любопытным. Я был офицером батареи, и мы обменивались патронами с немцем. Звук был невыносимым. Это просто разрушило мою волю. Меня трясло так сильно, что я едва мог выдать последовательность выстрелов. А потом одна из моих пушек была вывезена немецкой артиллерией, разбрызгав моих артиллеристов по всей французской земле.”

Генерал клей выпрямился во весь рост. Он уставился на стену палаты, его рот опустился. Казалось, он погрузился в воспоминания.“А потом я просто сел на край кратера и остался там. Я не мог пошевелиться. Меня отвезли в больницу в Руане и продержали там три недели.”

Леди Энн смотрела на него, как мне показалось, нескромно.

- Болваны в армии тогда не понимали, что такое травма, и меня бы вышвырнули со службы, если бы Алекс Харгрейв не прикрыл меня. Он лгал на всех видах отчетов и уговорил врачей в больнице сделать то же самое. По сей день только четыре или пять человек знают, что на самом деле произошло со мной, и где я был в течение тех недель.”

Он повернулся к раненым солдатам. - И теперь вы, Томми, знаете, так что не говорите об этом, иначе моя репутация будет подорвана.”

Они крикнули: "Да, сэр.”

- Я был сильно ранен, но крови не было. Так же, как и этот человек.”

- Да, сэр.”

Генерал, возможно, не убедил их, но по крайней мере они успокоились. Рядовой Сидуэлл, моргая и проводя языком по губам, не подал виду, что слышал Клэя. Мы двинулись по проходу между кроватями. Генерал коротко переговорил с десятками раненых солдат. Все это время я чувствовала, как леди Энн, которая в какой-то момент споткнулась о шнур от лампы, потому что не могла оторвать глаз от генерала, смотрела на меня с обожанием.