Феофилакт Серьезный 170

Зажав бутылку между колен, я достал из кармана спички и чиркнул одной О коробку. Я бил и бил его. Он не зажигался. Мое ползание по сырому подлеску заставило их промокнуть насквозь.”

На данный момент танк Ausf E и его экипаж были в безопасности.

- И я пошел вниз. Я ничего не видел, и мои штаны зацепились за запасную гусеницу, уложенную спереди. Я высвободил ногу и соскользнул на землю. Немец продолжал храпеть.”

Я брал интервью у Льюиса в пабе в Ньюкасле. Он отхлебнул Эля, затем указал бокалом на других посетителей заведения.- Многие из этих Джорди застряли под землей во время вторжения. Не я.”

Он заказал еще Эля.- А теперь, Мистер Ройс, вам кажется, что легче всего найти коробку спичек. Но это заняло у меня три часа.”

Льюис посетил четыре разрушенных фермерских дома, ища в развалинах спички. Он порылся в каминной утвари и в кухонных ящиках. Наконец, в пятом он нашел глиняный кувшин, где семья хранила их.- Я, должно быть, прошел десять миль. Затем я вернулся тем же путем, через наклейки и заросли, на этот раз со спичками в кармане рубашки, обернутыми вокруг носового платка. Я пошел вверх по танку.”

Спичка выстрелила с первого удара.- Это было похоже на скрежет железа. Но этот немец продолжал храпеть. Я оттолкнулся рукой и бросил бутылку в люк. Я услышал, как он грохнулся, и услышал, как один из них внутри закричал. Я бросил спичку в башню. Затем я зажег еще две сигареты так быстро, как только мог. Я никогда не видел пламени внутри танка, потому что не хотел ждать. И я никогда не видел дыма, потому что было темно. Я спрыгнул вниз и побежал прочь, слишком боясь оглянуться. Я так и не узнал, что случилось с этим танком.”

После войны я попытался выяснить то, что не смог сделать Льюис. Я сделал вывод, что Шахтер вел свою одиночную нерегулярную войну в районе 1-й горной дивизии Вермахта. Я провел два дня, изучая отчеты дивизии о проделанной работе. Конечно же, Ausf E, которым командовал лейтенант Грегор Маркс, 1-й батальон 15-го танкового полка, прикрепленный к 1-й горе, пострадал от внутреннего огня, убив Маркса и его команду. В сообщении говорится, что причиной пожара стала бензиновая бомба.

Я думала, что Льюис будет в восторге, когда я расскажу ему о своем открытии.

Вместо этого он почесал голову и сказал:“в последнее время я стал думать, что шахтеры, которые остались под землей, внесли такой же вклад.”

Викарий Ричард Ричман уже убил одного немца из своего "Остина-12", задавив его, как крота на дороге. Две ночи спустя он был грубо выселен из своей часовни пехотным полковником Вермахта. Здесь я тоже сделал свою домашнюю работу и смог сказать викарию, что это был полковник Йоахим Шерингер из 14-й танковой разведывательной части 35-й пехотной дивизии. Шерингер использовал часовню как полевой штаб.

“Я наблюдал с хоровых скамей на балконе, - сказал мне викарий. - Полковник был с шестью или семью своими подчиненными. Они разложили свои карты на столе для причастия, отодвинув в сторону кубки и подсвечники, обращаясь с ними так, словно они ничего не значили. Я думал, что оставил свой гнев на дороге, с этим немцем, которого я переехал на своем автомобиле. У меня не было. Опять же, я был охвачен нечестивый гнев.”

Ричман спустился по каменным ступеням с балкона. Тяжелые и легкие бронемашины разведывательного подразделения были разбросаны повсюду. - Один из них пробрался через частокол на кладбище рядом с часовней, толкая надгробия, которым было около двухсот лет.”

Священник вышел на улицу и зашагал по гравийной дорожке к кладбищу. Медики вермахта ухаживали за ранеными под палаткой возле кладбища. Несколько раненых солдат были быстро лишены формы и провизии.

- Рядом с палаткой лежала небольшая кучка одежды и оружия. Я посмотрел налево и направо. Вокруг толпились солдаты. Они увидели мой белый воротничок и, возможно, подумали, что я здесь, чтобы совершить последний обряд, и больше не обращали на меня внимания.”

Так и должно было быть. Викарий достал из кучи брошенной одежды и оружия ручную гранату. С деревянной рукоятки капала кровь.