- Да перестань, малыш. Ты-то в чем виновата? Так сложилось. Да и ничего, собственно не произошло. Я просто пофотографировала человека, с которым в прошлом у нас была неловкая ситуация. И, кстати, так даже лучше: мы, в общем, особо друг перед другом не виноваты, и фотосессия позволила расстаться спокойно и без остатков вины. Может, ты права, для того оно так и сложилось. Да и фотосессия в любом случае неплохая получилась. - Вот так, и только так. Все очень правильно, и без всяких фантазий летних ночей. Леля умиротворенно улыбнулась и обернулась к подруге. И тут с ее языка само по себе соскочило: А… что сам Родионов по поводу этой встречи говорит?
- Они сегодня вроде виделись. Так что я могу позвонить и спросить!
- Вот еще глупости. Не надо ничего спрашивать. И говорить ничего не надо, ладно? - Леля рассердилась на себя: будто за язык кто-то дернул. Сама себе противоречит.
- Но… почему? Тебе же интересно…
Леля улыбнулась маленькому змею-искусителю. Как все-таки приятно, когда подруга не говорит: "о, да, конечно, такая разница в возрасте, естественно, он не может ничего к тебе испытывать, держись как-то и забудь", а вместо этого играет с тобой в ситуацию со всей своей юной непосредственностью.
- Это все… так не нужно… Ни мне. Ни ему.
Нека нахохлилась грустным воробушком в кресле, но не то у нее сейчас было время, чтобы долго грустить самой и позволять грустить тем, кто рядом.
- Можно хоть фотки тогда посмотреть?
- Ну… посмотри… - Леля постаралась сделать голос как можно равнодушнее. Всегда, какие бы фотографии или рисунки и кому бы то ни было она ни показывала, Леля волновалась. Этого просто невозможно было избежать. Ведь пока не покажешь сделанное зрителю, не узнаешь, получилось передать то, что тебя зацепило, или нет. Удалось показать то, что ты видишь или чувствуешь в этом дереве, или лице, или просто листике на асфальте или не удалось. А тут еще и Родионов. Просто смотреть на его лицо для нее болезненно. Если закроет ненадолго папку и откроет вновь, сперва хочется обернуться: не застал ли кто-нибудь ее за этим. И это желание погладить его щеку прямо через светящуюся поверхность монитора. Как это говорят в корейских дорамах: Это так смущает. И одновременно, от того, что подруга вместе с ней смотрит на его лицо, говорит о нем, возникает иллюзия, что… что-то может случиться. Такая головокружительная и сладкая иллюзия. Вопреки голосу разума. Будто включили крышесносный трек, и душу понесло во все тяжкие…
- Оооо… Я тогда даже не заметила, какой Родионов, оказывается, красивый, - удивленно протянула Нека, - просто даже необыкновенный какой-то… Леля, а вот когда он смотрит на зрителя, у него такой взгляд… Каждый раз немного разный, но ведь когда он смотрит в объектив, он смотрит на тебя?
- Когда он смотрит в объектив, он смотрит фактически в зеркало. И его взгляд по сути доносит до любого потенциального зрителя его отношение к миру, к себе самому… Главное, фотографировать достаточно долго, чтобы человек устал позировать и расслабился. Сперва он будет смотреть в объектив и думать, что чувствует себя идиотом, а потом его мысли утекут куда-то, и в объектив он будет смотреть уже сквозь призму каких-то своих рассуждений, воспоминаний, то есть через призму себя, можно сказать.