Люди стояли в очереди, которой не было конца. Некоторые вставали на цыпочки, пытаясь понять, долго ли ещё ждать, некоторые переминались с ноги на ногу, у всех без исключения болели спины, но никто не садился на землю, ведь действовало правило: пока ты сидишь, ты пропускаешь людей вперёд себя. Иногда в громкоговоритель объявляли имена тех, кто идёт по спискам, без очереди. Тогда из толпы вырвались везунчики, бежали вперёд и исчезали где-то за линией горизонта. Говорят, где-то там и были кабинеты, в которые все ожидали очереди. Время здесь бесконечно тянулось, минуты казались часами, некоторые люди молча разглядывали носки своих туфель, некоторые развлекали себя разговорами обо всем на свете. Те, кто болтал, выглядели заметно счастливее тех, кто в одиночестве склонял голову, но нервные взгляды в начало очереди все же выдавали и их усталость. Дождь сменялся снегом, снег - капелью, затем расцветали сирени и жасмины, солнечных дней становилось больше, а затем снова дожди, и так по кругу, вновь и вновь. Казалось, словно очередь заметно продвинулись, сменилось столько лиц, многие прошли по спискам, но все же большинство людей так и стояло, наблюдая смену сезонов, находя новых собеседников, ожидая, когда придёт их время.
Снова прозвучали имена, она вслушалась - нет, она не в списке. Что ж. Глубоко вздохнув, она повернулась к пожилому мужчине, с которым вела беседу уже несколько часов. Он рассказывал о своей юности, о том, что уже в третий раз стоит в этой бесконечной очереди, но каждый раз оно того стоило. Рассказывал, как давали талоны и не было никаких списков, все ждали и все дожидались, да и продвигалось тут намного быстрее. Теперь-то все иначе, запросы другие, вот и приходится кому-то полжизни тратить, а раньше, говорит, постоял немного, познакомился с ребятами, вот уже и тебя в кабинет приглашают.
Она снова задумалась, зачем вообще мы все тут простаиваем? Честное слово, не верится, что есть что-то, что стоит того, чтобы столько ждать. Мучительная неизвестность, усталость, скука...
- Проходите, дорогая. Устали?
- Очень.
- Присаживайтесь. Скажите, чего вы хотите?
- Я хочу знать, что именно здесь выдают, почему все так долго стоят и почти никто не разворачивается и не уходит?
- О, милая... Очень многие разворачиваются и уходят. Они не готовы ждать столько времени, тем более что они конкретно не знают, чего. Поверьте, около половины людей, увидев очередь, проходят мимо, а некоторые уходят, когда не слышат своих имён в первых списках. Вся эта, кажущаяся огромной, очередь - те редкие люди, которые выстояли, дождались, несмотря на усталость, отсутствие развлечений и скудный круг общения.
- Вы не ответили, что вы выдаёте?
- Каждому что-то свое, дорогая. Держи.
Она сняла с пустой полки огромную белую коробку, отдала её девушке и открыла ей дверь выхода. На коробке большими витиеватыми буквами было написано "счастье"...