«Иллюзия света была его богом, и не было художника, равного ему в достижении этого чуда живописи», — так писал о Куинджи его друг и наставник Илья Репин.
Специально для «Лунной ночи на Днепре» Куинджи организовал выставку одной картины — первую в своем роде в России. Еще до нее по Петербургу гуляли слухи о небывалой по красоте картине, которую пишет Куинджи. Под окнами художника собирались желающие увидеть полотно. Каждое воскресенье он на два часа пускал в мастерскую всех любопытных.
Для большего эффекта окна в зале были занавешены, луч света падал только на полотно. Когда посетители входили в полутёмный зал, они не могли поверить своим глазам — зеленоватый лунный свет заливал всю комнату. Идея показывать таким образом картину пришла Куинджи во сне.
Воспоминания жены Куинджи: "Куинджи проснулся ночью. Мысль, как озарение: "А если... "Лунную ночь на Днепре" показывать в темной комнате?!" Он вскочил, зажег керосиновую лампу и, шаркая домашними туфлями, побежал по лестнице в мастерскую. Там зажег еще лампу, поставил их обе на пол по краям картины. Эффект оказался разительным: пространство в картине расширилось, луна светила окруженная мерцающим сиянием, Днепр играл ее отражением.
На самом деле, секрет был прост — долгие годы работы. Куинджи был страстным экспериментатором. Он смешивал не только краски, но и добавлял к ним химические элементы. Не обошлось тут без руки химика всея Руси — Дмитрия Менделеева. Вместе приятели проделали большое число опытов по изготовлению красок.
Следующие 20 лет он писал, но никому не показывал свои работы. Куинджи вышел из затворничества в 1901 году. В ноябре того же года была устроена последняя публичная выставка работ живописца, после которой никто уже не видел новых картин до его смерти в 1910 году. Все, что имел, Куинджи передал Обществу художников, которое организовал незадолго до кончины.
