Томас Крутой 6

Дело все еще ускользает от вас, верно? Goyische Kop!

Мои извенения. Я не хотел говорить на языке, который ты не знаешь. Что я сказал? Это был просто простой комментарий о, ну, как некоторые люди должны быть студентами Талмуда, а другие люди не должны быть студентами Талмуда. Это как старая поговорка среди нас.

Конечно, я объясню. Почему здорово? На первом месте. Почти любой порядочный раввин видел бы важность того, чтобы эта еда находилась здоровой и чистой. И на втором месте. Хороший раввин, первоклассный раввин, нашел бы способ сделать это, волосы моего сына, это, что, что угодно. Но в третьем месте только действительно великий раввин изучил бы столько книг и долго и усердно думал об этом, прежде чем объявить о своем решении. Как они могли действительно наслаждаться Седером, если у них не было полной уверенности в его решении? И как они могли иметь полную уверенность, если не видели, как он борется с этим в девяти отдельных томах? Теперь вы понимаете, почему мы назвали его Великим раввином Венеры, даже за пять лет до конгресса неоионистов и великого скандала с Бульбой?

Теперь я сам не зашел так далеко в изучении Талмуда - у человека есть семья для поддержки, и ремонт замкнутых телевизоров на планете, подобной Венере, не совсем помогает вашему разуму разобраться с проблемами Гемары. Но всякий раз, когда я думаю о том, что есть у нашего собрания у раввина Смоллмена, я думаю о том, как мудрецы начинают спорить: «Человек находит сокровище…»

У вас не должно сложиться впечатление, что сокровище - это сокровище для всех. Почти все евреи на Венере являются ашкеназимами - людьми, чьи предки эмигрировали из Восточной Европы в Америку до Холокоста и которые не вернулись в Израиль после сбора - но есть как минимум три вида ашкеназимов, и только наш род, левиттаун ашкеназим Зови Рабби Смоллмена Великим Раввином Венеры. Уильямсбургский ашкеназим, и их гораздо больше, чем нас, чернокожих ашкеназим, которые трясутся, молятся, встряхиваются и молятся, они называют раввина Смоллмена раввином из лоха и рогалика. А с другой стороны, майя ашкеназим, богатые все правые, которые живут в большом IBM Burrow, для них раввин - это девушка, которая еще не вышла замуж и пытается сделать что-то интеллектуальное с собой. Говорят, что ашкеназим в Вильямсбурге верят в чудеса, что ашкеназим в Левиттауне верит, что это чудо, когда они находят работу, и что ашкеназим в Майами не верят в чудеса и не верят в работу, они верят только в импорт. -экспорт бизнес.

Я вижу, вы помните, я уже говорил, что я покончил с закуской и был готов подать основное блюдо, историю, к которой вы пришли. И где, из всего, что я только что говорил вам, главное блюдо, вы хотите знать? Слушай, немного расслабься. Представьте себе это так: сначала я дал вам закуску, а затем, в течение последних нескольких минут, у вас был курс супа. Вы закончили с супом? Хорошо. Теперь мы выносим основное блюдо.

Только на секунду больше. Сначала нужно что-то еще. Назовите это салат. Смотри, это очень маленький кусочек салата. Вы закончите с этим в кратчайшие сроки. Сейчас, пожалуйста. Вы не повар; Вы всего лишь клиент. Вы хотите историю, которая похожа на бутерброд? Иди куда-нибудь еще. Мильчик подает только полноценное питание.

Той ночью, после седера, я сижу на скамейке возле нашей квартиры в Дарджилингской норе. Для меня это всегда лучшее время. Здесь тихо, большинство людей легли спать, и коридор не пахнет от толпы. По всем коридорам огни выключены до половины их мощности. Это даст нам знать, что на Земле ночь. Точно, где на Земле ночь, какая часть Земли, я понятия не имею. Дарджилинг, может быть.

Когда я сижу и думаю, Аарон Дэвид выходит из квартиры и садится рядом со мной на скамейке: «Папа, - говорит он через некоторое время. «Это было здорово, что рабби Смоллмен сделал сегодня». Я кивнул, конечно, это было здорово. Аарон Дэвид подносит руку к той части головы, где он выдернул единственные волосы. Он крепко прижимает руку к месту и смотрит через коридор.