Однажды какая-то женщина по телефону пригласила меня к себе к пяти вечера.
– Кто вы? Что вам от меня нужно? – спрашиваю. Но она была лаконична.
– Вот, заодно и познакомимся. Мой адрес такой... – она назвала адрес и положила трубку.
И по поводу этой новости и иди туда или не идти посоветовалась со своими товарищами.
– Иди, иди, Волжская, вдруг польза какая от этого человека выйдет, – сказали они.
Но я пошла туда не одна. Мы пошли вдвоем с Фатымой. Когда мы туда вошли, перед нами возникла рослая, сильно накрашенная, улыбчивая и загадочная женщина с папиросой в руке. Ее комната была очень красивой, хорошо украшенной. На столе – различные напитки и вкусная еда. За столом сидели двое мужчин. Хозяйка попросила своих гостей на несколько минут удалиться в другую комнату, сказала, что скоро их позовет. Гости удалились, стреляя в нас глазами и паясничая. Женщина меня внимательно оглядела и сказала:
– Душечка, мое дело касается только вас. Можно попросить вашу подругу выйти?
Я была поражена.
– У меня нет секретов от подруги, говорите при ней.
Женщина встала, заперла дверь и пригласила нас к столу. Но мы не сели. Тогда она налила в фужеры красное вино и протянула нам. Но мы не взяли. Хатым стала смеяться над нами.
– Как дети малые, ей богу, вы боитесь это выпить, да? Вот, смотрите на меня! – Она выпила залпом рюмку водки. – Вот и все!
Она меня приобняла.
– Знаете, голубушка, для чего я вас пригласила?
– Нет, – качаю я головой.
– Я слышала, что вы сейчас находитесь в довольно критической ситуации. Такие юные девочки… Зачем вам ездить с этими нищими артистами…
Мне стало неловко:
– Да, нам пока хвалиться нечем. Но как бы ни было, нам пока приходится набраться терпения.
– А зачем терпеть? Татарские артисты никогда не будут в лучшем положении.
– Мы придерживаемся другого мнения. Любое дело начинается с трудностями. Но мы верим, театр через несколько лет встанет на рельсы. Времена меняются и люди меняются вместе с ними, – ответила я.
– Ах, милочка, вы сами себя обманываете. Не будет не каких перемен. Вот, посмотрите, как я живу, – с гордостью и вызовом сказала она.
– И что вы этим хотите сказать?
– Голубка, хочу предложить тебе другую работу. Бросайте своих нищих артистов. Приходите ко мне. Я вас научу танцевать на открытой сцене в ресторане, познакомлю с богатыми людьми, уже через неделю вы будете одеты в шелка и золото.
– А где вы работаете?
– Я работаю в ресторане «Яр», меня зовут Марьям Искандерова, – сказала она. Фатыма ткнула мне под ребро. – Ну, голубка, давай-ка долго не раздумывай, не губи свою жизнь, подобную нежному цветку, – с этими словами она меня поцеловала.
– Спасибо, мадам. Но я не променяю свой театр на ресторан. Мы вышли не в поисках богатства и счастья, мы мучаемся во имя создания татарского драматического театра.
Женщина расхохоталась.
– Ну какой там театр у татар?! Не бывать этому никогда! – С этими словами она открыла двери соседней комнаты и пригласила давешних мужчин. – Вы подумайте, она как ребенок! Она не желает.
Один из гостей приблизился ко мне.
– Что за каприз, цыпочка? – он попытался тронуть мой подбородок, но я его оттолкнула. Они принялись нас тащить к столу, попытались напоить. Тут я поняла, что мы попали в грязную западню. Я их всех растолкала в разные стороны.
– Нам здесь делать нечего, откройте дверь! – крикнула я.
Один мужчина набросился на меня, второй – на Фатыму. Я сопротивляюсь, сил не хватает, но в конце концов мне удалось вырваться и влепить пощечину.
– Откройте дверь! Иначе я буду кричать! – с этими словами я пнула дверь. Марьям, судя по всему, испугалась шума, поэтому она подошла к двери:
– Ну, ладно, не шуми. Я всего лишь хотела дать тебе шикарную жизнь, а ты не хочешь.
– Не нужна мне ваша шикарная жизнь и к черту вас! Откройте дверь! – и я стала барабанить в дверь. После этого нас выпустили.