Никифор Бледный 5

Я не смог увидеть то, что было передо мной.

Исак проигнорировал голос, когда он впал в меланхолию, решив не позволять пленному духу испортить его хорошее настроение. Непрерывное летнее солнце было редкостью в горах Паутины, и Фарлан лелеял такие дни. Иностранцы будут шутить, что Фарлан остановит войну за возможность насладиться солнцем, и когда Исак сидел там и чувствовал тепло на щеках, это звучало для него вполне разумной идеей. Раннее вечернее солнце парило немного над горизонтом, извергая золотой свет над Землей, замораживая ее в долгой минуте покоя, прежде чем сумеркам будет разрешено ее правление.

Последний король фрагментировал свою собственную душу, чтобы избежать окончательного Суда Смерти, спрятав свои мысли и воспоминания в Хрустальных Черепа, которые он собирал для этой цели. Теперь, когда эти воспоминания вернулись к

мертвый король, Исак почувствовал отголоски боли Арын Брур. Он бросился вокруг в поисках чего-то, что могло бы оттолкнуть мрачных мыслей эльфа из его

ум, но было мало, чтобы привлечь внимание. Они были почти на самой высокой точке в этом районе, но кроме узкой грунтовой дороги, по которой они следовали, не было ничего, кроме небольшого камня из камней, примерно в тридцати ярдах.

На холмах Мейона я держал своего наследника и смотрел, как он умирает. На холмах Мейон проклял землю, где умер Велере.

Сак почувствовал, как волна печали и гнева распространилась по его телу, и он вспомнил письмо, которое он принес королю Эмину о месте, называемом Падением Велере. Для него это была уже не история ужаса, а проблеск горя и ярости, настолько сильный, что он все еще поражал Землю семь тысяч лет спустя, и ее эхо оставило кислый вкус во рту Исакса. Исак вздохнул и почесал щеку, отмахиваясь от пытливой мухи, летящей вокруг его лица. Вы действительно собираетесь испортить прекрасный вид для меня? он задавался вопросом.

Эта земля настолько отличается от той, которую я знал, голос продолжал размышлять. Его цвет истекает в течение долгих лет. Сейчас

оно серое и отмечено шрамами моего прохождения. Aryn Bwr был потерян в

ЕГО СОБСТВЕННЫЕ мысли снова; только дважды после отъезда Лледена Исак фактически общался с духом, который поселился в его голове.

«Это мое хорошее настроение прошло», пробормотал он и соскользнул с седла.

'Мой господин?' Весна спросила.

«Мне просто нужно немного вытянуть ноги», - сказал Исак с пренебрежительным взмахом руки. Карел немедленно дал приказ охранникам разделиться, как он делал это каждый раз, когда они останавливались на перерыв, затем спешился и присоединился к своему молодому лорду. Исак улыбнулся и положил руку на плечо старика. Когда они медленно пошли к пирамиде из камней, Исак почувствовал, что его улыбка стала подлинной. Странно было то, что только после того, как это стало неприличным для человека на его месте, Исак почувствовал желание обнять человека, которого считал для себя больше отцом, чем Хорман.

«Вы хотите молиться?» Спросил Карел сомнительным тоном. Он знал Исака большую часть жизни белых глаз; Исак всегда обижался на благочестие, когда оно навязывалось ему.

Исак пожал плечами. «Наверное, я должен привыкнуть на днях, теперь, когда я важен».

«Тем не менее, это не то, чего я ожидал бы от вас», - тихо сказал маршал, стараясь, чтобы его голос был тихим, чтобы никто не мог подслушать их. Солдаты были отобраны вручную, люди из Дворцовой гвардии и вполне заслуживали доверия, но это был слишком удивительный секрет, чтобы доверять кому-либо еще.

«Ни от него», - напомнил ему Исак с улыбкой. «Перестань нервничать, как старуха; Тила может сделать это очень хорошо для вас двоих.

'Тогда о чем это?' Сказал озадаченно Карел.

Исак вздохнул. «В этом нет ничего важного, я просто хочу насладиться этим видом на несколько минут и очистить голову. Он находил свои воспоминания, запертые в Хрустальных Черепа. Хотя часть его была со мной с момента моего рождения, многое на протяжении тысячелетий упускалось, и не все так радуют. У побежденных меньше счастливых воспоминаний. Пока он говорил, его пальцы автоматически обрели стеклянную форму, теперь сросшуюся с его кирасой.