Неокл Скверный 7

«И чтобы сделать это, моя кровь должна сначала вернуться к своему естественному состоянию».

«Да», - тяжело ответил Вигг. «Несмотря на то, что является причиной всего этого разрушения, мы никогда не должны упускать из виду тот факт, что поиск способа изменить вашу кровь имеет первостепенное значение. Если мы не выясним, как это сделать, то все остальное, что мы делаем, независимо от того, насколько хорошо -значение будет напрасным. Джин'Сай должен в конечном итоге обучиться, а затем прочитать весь Фолиант Образца. От этого зависит будущее нашего мира ".

Тристан на мгновение задумался. «Вы все еще не сказали мне, что вызывает все это», - ответил он оборонительно.

Вигг глубоко вздохнул. «Если я прав, когда мы достигнем этого, один взгляд скажет нам все. И если я ошибаюсь, что также вполне возможно, тогда мы увидим, что это такое в первый раз. Сейчас я предпочел бы уйти это при этом. "

По мере того, как мусор продолжался на запад после Таммерланда, темные, медленно движущиеся колонны людей, казалось, растянулись навсегда. Но затем он увидел разрыв в толпе, и на мгновение его сердце подпрыгнуло, пока мусор не приблизился, и он не понял, что он видит.

Прямо под траекторией полета глубокая трещина расколола землю. Его глубина составляла не менее десяти-пятнадцати метров и шириной около ста метров, зазубренный, зубчатый шрам, который простирался на запад, насколько мог видеть глаз. Тристан догадался, что это было сделано недавно: оно все еще тлело, серые струи сажи и пробки пепла вылетали в воздух с его обугленного черного дна. Это была ужасная, неестественная вещь, и это вызвало холод по спине принца.

В ужасе Тристан посмотрела на Вигга. Лицо волшебника было темным от беспокойства.

Вигг высунул голову из мусора и крикнул Трааксу, что хочет, чтобы воины изменили курс и следовали за тлеющей трещиной, куда бы она ни привела. Затем он с грустью посмотрел на свои руки и больше ничего не сказал.

В груди Тристана возникло сильное предчувствие. Его взгляд следовал за странной, змеиной катастрофой, когда мусор полетел к заходящему солнцу. «Волы жаждут, отец», - сказал Аарон. "Разве мы не можем немного отдохнуть?"

Молодой человек успокоительным ударом по голове нанес каждому из двух напрягающихся зверей. Солнце садилось. День был необычайно жарким даже для сезона Солнца. Они трудились с рассвета, но отец Аарона не показывал никаких признаков остановки. Наконец Дарий резко натянул поводья, которые лежали у него на плечах, и замедлил работу волов и плуга.

Рад, что Аарон из Дома Ривенридер спрыгнул вниз. Оглядываясь назад, он увидел с трудом завоеванные ряды богатой почвы, которые они царапали в землю. Вскоре эти ряды будут заполнены колышущимися колосьями пшеницы и ячменя, которые он и его семья будут продавать на фермерском рынке в Таммерланде.

Это было в конце сезона, чтобы прививать. В этом году денег было мало, и только теперь они собрали достаточно кисы, чтобы купить последние семена. Тем не менее, с небольшим количеством удачи и большим количеством тяжелой работы, они могли бы пожинать достаточно, чтобы увидеть их в течение предстоящей зимы - особенно, если Сезон урожая этого года оказался длинным.

Ближайший вол Аарон потер лицо о плечо молодого человека, чуть не сбив его с ног. Улыбаясь, Аарон потянулся и погладил одно из ушей великого животного. Дарий сбросил кожаные поводья и потянул свои тесные мышцы. Подойдя к своему сыну, он вытащил из брюк тряпку, которая, казалось, в сотый раз за этот день, стер с лица капающий пот.

Мать Аарона, Мария и его сестра Татьяна все еще были согнуты в поле, засеивая семена в недавно опрокинутой грязи. Они носили широкие соломенные подсолнухи на головах, и каждый нес тяжелый мешок с семенами, перекинутый через одно плечо. Посев семян был непосильной работой, и теперь их руки и ногти стали черными от почвы.

Оставив волов вместе с отцом, Аарон подошел к краю поля, где он увидел Брук Холлоу, их маленькую деревню, лежащую в долине внизу. Отсюда это выглядело как гигантское лоскутное одеяло, растянутое на земле - одеяло с протекающей через него рекой Сиппора.