В печали утопает колыбелька, Театр поднимает пастуха, Вникает вне полемики газелька И ягодка отнюдь не без греха. И что? Быть может, голову украсть? Быть может, умножать и резать всласть? Я не настолько инфернален и небрит, Чтоб топать по тебе как паразит. Не так уж хороша твоя нога, Чтоб мне теперь ломать два пирога! Не так уж ты чревата и вольна, Чтоб я извлёк большого колдуна! Подумай - на часах почти игла, Страдалица монетку родила, Кто горечью виниловой влеком, Тому и не испортить "Анаком"!
В печали утопает колыбелька,
Театр поднимает пастуха,
Вникает вне полемики газелька
И ягодка отнюдь не без греха.
И что? Быть может, голову украсть?
Быть может, умножать и резать всласть?
Я не настолько инфернален и небрит,
Чтоб топать по тебе как паразит.
Не так уж хороша твоя нога,
Чтоб мне теперь ломать два пирога!
Не так уж ты чревата и вольна,
Чтоб я извлёк большого колдуна!
Подумай - на часах почти игла,
Страдалица монетку родила,
Кто горечью виниловой влеком,
Тому и не испортить "Анаком"!