Агафон Прекрасный 12

Остальные трое насмехались и свистели, готовясь к шоу. Высокий рассмеялся.

Я сунул пальцы в уголки рта и подул. Все четверо закрыли уши руками, выкрикивая боль и удивление. Мои собственные уши болели от звука, усиленного акустикой туалета, но я проигнорировал его. Я подошел к высокому, прежде чем он успел прийти в себя, и пнул его между ног так сильно, как только мог. Он скомкал и вырвал. Я повернулся лицом к остальным трем. Один оправился от шока и бросился на меня. Я бросил локоть ему на грудь и с криком отбросил его к стене.

Я позволил кулакам взлететь, прежде чем он смог поднять руки, чтобы защитить себя. Мои суставы снова и снова связаны с его лицом. Он вздрагивал и кричал при каждом ударе. Он попытался поднять руки, чтобы защитить его голову, но я отбил их одной рукой и продолжил нападать на него другой. Кожа порвалась. Кости сломаны Кровь бежала. Тем не менее я продолжал бить его.

Это было хорошо. Основной гнев и беспомощность, которые пожирали меня все это время, наконец были освобождены.

Молодой человек упал на пол, как хромая рыба. Его лицо было беспорядком. Кто-то схватил меня за плечо и развернул. Я использовал импульс, чтобы обхватить мою руку, изогнув пальцы. Мои ногти оставили красные, сердитые бороздки на щеке этого молодого воина. Он отшатнулся назад. Я толкнул его так сильно, как мог. Он упал с трещиной. Свернувшись, он схватился за голову и застонал. Несколько раз ударив его ногой по животу, удержал его.

Я повернулся, чтобы взглянуть на своего последнего потенциального нападающего. Он выскочил из комнаты. Мне потребовалось время, чтобы успокоить дыхание, тяжело дыша, как разъяренный бык, глядя на свои кровавые кулаки. Мои суставы были расколоты в определенных областях, и мои запястья болели. Я никогда не поражал кого-либо подобным образом.

Я поднял глаза и увидел лица, выглядывающие в уборную. Я пошел к выходу, вырывая выброшенное полотенце с пола и уходя. Мимо моих бессознательных охранников, сквозь толпу людей, и в мою спальню я прошел с высоко поднятой головой. * * *

Кто-то постучал в мою дверь вскоре после того, как я переоделся в свою ночную рубашку. После моего проявления свирепости в туалете у меня случился приступ паники. Я толкнул свой стол к двери, чтобы отговорить кого-либо еще от нападения на меня в моем уязвимом состоянии, и сидел в углу, пока мои эмоции не успокоились.

Я сидел на поверхности стола сейчас. "Это кто?"

«Брин», прошептал он, но я прекрасно его услышал. «Все говорят о том, что произошло в уборной раньше. С тобой все впорядке?"

Я подтянул колени к груди и обнял их. Мои руки, теперь чистые, сожжены мелкими порезами и свежими ранами. «Я не знаю».

Он произнес мягкое проклятие: «Извини, Аста. Я собираюсь рассказать об этом отцу утром, и эти четверо будут наказаны. Я обещаю, что никто не будет пытаться навредить вам снова.

Мое горло болело от его слов. Я почти ничего о нем не знал, не мог понять, почему он мне помог, и не знал, могу ли я ему доверять. Но в тот момент мне было все равно. "Спасибо."

- Вот, - он протолкнул кинжал в щель под дверью.

Я слез со стола и наклонился, чтобы забрать его. Мои медные глаза отразились на лезвии.

«Нам не разрешено иметь оружие в наших комнатах, но в сложившихся обстоятельствах я не думаю, что мой отец будет возражать. Не бойся использовать это, Аста. Любой, кто ворвется в вашу комнату или попытается загнать вас в туалет снова, заслуживает того, что получит ».

Я вздрогнула: «Брин, я не думаю, что я…»

«Если ты будешь использовать это на себе, я сделаю все от меня зависящее, чтобы вернуть тебя», - сказал он строго. «Тогда я дам тебе ругательство, которое заставит Вигго гордиться, и я никогда больше не буду тебе доверять. Я чист?"

Мне удалось грустно улыбнуться: «Да, сэр».

Я проснулся, задыхаясь. Доктор опустился на колени, рукава закатаны до локтей. На его руках была кровь. Я отодвинулась от него и отступила в стену. Мои шрамы на руках трепетали по всей длине туловища в поисках новой травмы, которую он причинил.

«Все в порядке, девочка», - сказал доктор. «Я только оживил тебя».