Марийка закрыла за собой дверь туалета и устало опустилась на корточки, сползла спиной по гладкой холодной стене. Достала сигарету, зажала в дрожащих пальцах и судорожно прикурила. Втянула в себя сизоватый дым и выдохнула, опуская голову на руки. Не выдержав, заплакала, беззвучно, стараясь не орать, лишь выпуская наружу злые, отчаянные слезы. Прямой эфир закончился, репортеры уехали.
Ее выступление было блестящим. "Надежда отечественной науки", "новая звезда", "заслуги перед отечеством"... слова до сих пор смутно бились у нее в ушах, как рокот прибоя. Она плохо помнила, что говорила в микрофон, как ее накрасили, посадили и расправили складки на одежде. Потом в глаза ударил яркий свет...
Слова будто бы полились сами, из сердца, она говорила о том, чему отдала все последние годы жизни, над чем работала. Ее изобретение, возможно, спасет жизни многих людей... Хлопки зрителей, как шум волн внизу, под ногами. Она будто стояла над пропастью, но за спиной у нее вырастали крылья. Она ничего не боялась... То выступление было ее лебединой песней.
А потом позвонила мама.
"Мы смотрели твое выступление". - Ровный, спокойный и какой-то сухой голос, от которого все сжалось в груди. Как в детстве, когда припоминала, что успела сделать плохое? Сердце забилось быстро и часто.
Ей девять лет. Она идет из школы. Рядом подруга, веселая, круглолицая и веснушчатая девочка. Рассказывает что-то интересное. Ужасно хочется пригласить ее в гости. И Марийка ведь пообещала. Они будут вместе делать уроки, а потом посмотрят кино.
"Мама, можно Оля зайдет ко мне?" - слова застревают в горле, когда она видит лицо мамы. И понимает: сегодня отец снова "такой". А значит, не разрешат.
"У Марийки много уроков. И сегодня придет репетитор по английскому. Извини, девочка. В другой раз". - звучит спокойный, сухой голос, мамино лицо бесстрастно. "А когда Марийка выйдет погулять?" - наивно спрашивает Оля. - "Когда выправит оценки. Она очень плохо учится, к сожалению", - словно топором, отрубает мама, и вмиг втискивает ее в дверную щель, захлопнув дверь перед изумленной одноклассницей.
Дома Марийку ждал привычный ад. Мама всегда срывала на ней зло, когда отец напивался. У них не бывали друзья. Да и саму Марийку нечасто отпускали гулять. Мама считала ее ужасной ученицей. Три четверки в четверти. Это было позорно.
На самом деле, мама просто опасалась, что кто-то узнает о происходящем у них дома. "В чужой монастырь со своим уставом не ходят", - это была ее любимая присказка.
Ей семнадцать. И она разработала гениальный план побега из дома. Последний класс закончила на все пятерки. Золотая медаль, и блестяще выдержанные экзамены в МГУ. Как ни хотела мама пристроить ее в местный ВУЗ, от такого престижа не смогла отказаться. И вот уже Марийка собирает вещи, внутренне торжествуя. Она будет жить в Москве, одна!
Первая студенческая вечеринка. Однокурсница в коридоре учит ее правильно пить водку, закусывая огурцом, а симпатичный парень курсом старше приглашает на танец. И вдруг звонок мамы на мобильный.
"Ты что, пьяна?" - все тот же спокойный и холодный голос.
"Нет, мама, что ты, я..." - губы предательски дрогнули, к горлу подступили слезы.
"А почему не берешь трубку? Не смей врать! Ты пьешь и путаешься с парнями, шлюха!! Кого я воспитала!!"
Марийка стояла посреди коридора и держала телефон возле уха, слушая мамину обвинительную речь, на глазах у удивленной подруги и однокурсника. Рука дрогнула, и новенький аппарат медленно, медленно полетел на пол, разлетаясь на куски, как в замедленной съемке. Она разрыдалась.
Ее неловко обняли, гладили по голове, поили водкой, потом, плачущую, сажали в такси, везли куда-то. Снова поили водкой, а затем заботливо придерживали голову над унитазом. Больше она ничего не помнила, только проснулась утром в одной постели с подругой и однокурсником. Так началась ее студенческая жизнь.
Потом она узнала от ребят, что приезжала мама. Бесновалась в приемной декана и требовала вернуть документы дочери. Хотела забрать Марийку домой... Преподаватель отстоял подающую большие надежды студентку, и даже нашел грамотный подход к маме. Больше ее не трогали. Даже истерики по телефону на какое-то время прекратились.
Потом она жила с мужчиной и работала на кафедре. Недолго, то и другое. Мужчина не выдержал "очной ставки" с мамой и трусливо сбежал. Как и все последующие. А вот работу Марийка нашла другую, высокооплачиваемую, в иностранной компании. Денег хватало и на квартиру в центре, и на машину, и на продолжение учебы.Она защитила кандидатскую диссертацию. Затем докторскую. Дела уверенно шли и шли в гору.
Вот только Марийка была одна. Совсем одна. И самым паршивым было то, что она даже не верила в отношения. В самом деле, кто может ее любить? "Никому ты не нужна, кроме матери", - приговаривал тихий голос в голове. Всегда. И ТАК, как мама, ее действительно никто не любил.
Давно, еще с первым мужчиной, они завели кошку. Та часто залезала на марийкины колени и мурлыкала, терлась об нее пушистой мордочкой и "делала массаж" лапами. Но Марийка не верила даже в кошачью любовь. "Это просто благодарность, за то, что я ее кормлю". Когда они разошлись, ее уже бывший любовник забрал кошку с собой.
Мама следила за ее успехами, время от времени вставляя критические замечания. "Неплохо. Старайся лучше. Надеюсь, ты не пьешь? Кстати, у твоей бывшей подружки Оли уже трое детей и муж, очень приличный мужчина". Олин муж бухал по-черному и бил ее, но Марийка об этом не упоминала. Зачем портить маме настроение? Главное, что ОНИ не такие.
Когда Марийка защищала докторскую, умер отец. "Не дождался от тебя внуков", - холодно констатировала мать. - "И благодарности не дождался". Мама второй раз вышла замуж, за тихого, послушного мужичка. Он не пил и не перечил ей. С тех пор мама всегда говорила о себе "Мы", имея в виду себя и отчима, что следовал за ней, как тень.
"Мы смотрели твое выступление". - Марийке вдруг почудилось, что мамин голос не такой холодно-отстраненный, как всегда. Впервые в жизни в нем читалось что-то человеческое. Даже отдаленно похожее на тепло.
"Знаешь, дочка... Мы тобой очень гордимся. И папа бы гордился, если бы был жив. Все-таки не зря я тебя растила. Мы тебя хорошо воспитали. Теперь и помирать не жалко."
Рука дрогнула, и как тогда, на первом курсе, Марийка увидела свой Iphone Х в замедленном падении. Противоударный чехол не дал разбиться. Зато звонок, наконец, прервался. Марийка нагнулась, подняла аппарат с пола, нажала на кнопку и подержала. Если что, скажет, что зарядка кончилась. Она улыбнулась и кивнула на прощание репортерам. Развернулась и медленной, уверенной походкой победителя прошла в туалет.
...Тлеющий кончик сигареты обжег пальцы. Марийка ойкнула, уронив бычок в лужицу на полу. Руки все еще дрожали, но слезы высохли. Она достала из сумочки зеркало и влажной салфеткой вытерла черные потеки на щеках.
"Уже не надо, мама," - шепнули идеально подкрашенные алые губы. - "Уже не надо."
На меня можно подписаться:
ВК https://vk.com/psyhelp63
сайт http://nkozz.ru/
Инстаграм https://www.instagram.com/nadya_kozz/