— Кофе?
— Неа.
— А что ты будешь завтракать?
— Та я так.. пироженку вчерашнюю доем, а потом пойдём гулять — возьму себе кофе.
— А чё ты покупать будешь? Дома же есть!
Катя прикусывает язык и хохочет вместе со всеми, кто на кухне.
От создателей: «Зачем тебе чипсы? Вот же я.. картошки пожарила!»
И: «Целую коробку сникерсов этих купила! Что значит не сникерсы? Карамель с орехами. Всё сникерсы.»
В детстве Юля с сестрой обожали смотреть мультики. Ууу.. Мууультики.. Даже звучит до сих пор классно. Наверное, каких-нибудь «Чип-и-Дейлов» или «Утиные истории». Или «Чёрный плащ».
И это было очень важно: сидеть вот так и смотреть с сестрой мультики. Такой момент концентрированного выходного счастья.
А потом в комнату входила мама. Мама прибиралась. Мама шла по комнате, протирала пыль и ворчала, что всё опять поразбросали и как ей тяжело всё хозяйство тащить на себе.
— Ну, как она не понимала? Мы же тут счастливы. А она со своей пылью..
Юлин муж приходит домой. Он скидывает одежду как лягушачью кожу и садится в кресло. И включает телевизор.
Юля заходит в комнату и видит на полу одёжную кучу. Юля ворчит на мужа, что она же просила.. Что ну неужели трудно повесить одежду в шкаф?
Юля прикусывает язык, потому что понимает, что у мужа сейчас счастье. Впервые за долгий сложный рабочий день.
Юля знает про абьюзивные отношения. И про феминизм. И про газлайтинг. И про мизогинию.
Катя знает даже про каддл-пати, кэтколлинг, коливинги, неглект, номадство и внегендерное воспитание.
Но мама Юли в Юле будет жить всегда. А мама Кати в Кате. А моя мама во мне. А ваша в вас. И на батю вы с каждым годом будете похожи всё больше.
Мой папа любил повторять, глядя на своих стариков: «Хоть бы нам такими не стать».
У меня начинают закрадываться подозрения, что не просто так он это говорил.
Хорошо хотя бы знать, к чему готовиться.
