Демис Славный 3

У него не было времени, чтобы сказать ему что-нибудь. У него даже не было времени сказать им, что он приедет.

Более статичный.

Измельчитель начал спуск, иногда откладывая в сторону, а затем исправляясь.

Внезапно статика закончилась.

- Зак, ты меня слышишь? - отчаянно спросил Аксель. «Зак?»

Не было никакого ответа, но не было и статического.

«Вы должны быть на связи», сказала Нелли.

Может быть, они смотрели на Зака ​​или слушали. Может, Зак мог слышать, но не говорить. - Послушай меня, Зак, - резко сказал Аксель. «Что бы вы ни делали, не ходите на этот стадион. Уходи. Я иду, чтобы забрать тебя.

Затем раздался другой голос. Это был более высокий голос, какой-то другой мальчик. «Ты можешь взять моего папу?» - спросил он. Ребенок звучал смутно знакомо, но это был определенно не Зак.

Кто был этот ребенок? Кто-то взял телефон?

Статика вернулась.

"Что случилось? Нелли?"

«Я не уверен, Аксель. У меня их нет на спутнике.

«Axel. Идет атака, - сказала Нелли.

«Что за атака?»

Нелли проигнорировала его вопрос: «Я перевернула атаку как могла. Распорка для воздействия. Прости, Аксель.

«Извините?» Нелли ни за что не извинилась. Вернее, он только извинялся, когда давал очень плохие новости.

Аксель посмотрел на радар, но ничего не было видно.

Это было потому, что это не было обычным воздействием. Аксель наконец понял, что Нелли имела в виду под активацией силосов.

Слева от него, над горизонтом, рос огненный гриб. Энергия струилась из него во всех направлениях. Аксель рефлексивно прикрыл глаза и отвернулся. Все огни в кабине погасли, и вертолет начал медленно вращаться, когда его ударили ударной волной после ударной волны.

"Нелли? Что я должен делать? Нелли, ты меня слышишь? - спросил Аксель.

«Нелли?» Снова спросил Аксель, отчаянно постукивая по наушнику.

Бомба зажгла его электрические системы. Ничто больше не будет работать, включая его вкладыш, включая сам вертолет.

Вертолет свернул вниз, все быстрее и быстрее, все дальше и дальше. Не было никакого способа контролировать это. Он попытался подняться с кресла, чтобы пройти в грузовой отсек, чтобы он мог прыгнуть, но центробежные силы были слишком сильны. Они приклеивали его к его месту.

Из его воздушно-десантной клетки земля и небо шаркали перед его глазами. С каждой революцией земля становилась все ближе.

Он увидел ручей, а затем лесной холм. Холм и прерия были видны.

Голубое небо снова вращалось перед ним.

Это было. После десятилетий работы, после бесчисленных предупреждений, он не смог спасти то, о чем действительно заботился.

Земля маячила все ближе. Поток уже не был сплошной линией, а густой струящейся аллеей воды, струящейся текстурой. Он видел отдельные деревья. И краем глаза он увидел кружащего черного стервятника.

Голубое небо снова вращалось перед ним.

Теперь, когда Детонация была в полном расцвете, его семья погибнет с миллиардами других, и он тоже.

«Я думаю, что мы рискуем быть самым информированным обществом, которое когда-либо умирало от невежества». - РУБЕН БЛЕЙДС

ПИЛИГРАММА

Тэлон откинул несколько свисающих алых волосков, чтобы завить их вокруг уха. Он ускорил шаг, ведя свои тощие ноги, чтобы сделать более смелые шаги. Он отставал большую часть дня, главным образом, чтобы избежать Редферна и Грейстоуна. Но ему все еще нужно было услышать, что говорят. Весь день Эмбер следила за тем, чтобы группа держалась за каждое его слово, и теперь ничем не отличалась.

«Это будет наша последняя остановка сегодня», - сказала Эмбер, делая паузу на краю холма. Он обернулся, чтобы посмотреть, как остальные студенты догоняют. Пот покрыл его тунику до самого выпуклого живота, а церемониальные зеленые круги вокруг глаз уже давно испачкались, чтобы истекать его щеки. Будучи одним из лидеров кланов, наиболее преданных учениям эссенциалистов, усилия Эмбер в отношении паломничества носили как знак гордости.

Глаза Редферна горели на Талоне, когда он догнал. У него был такой хитрый взгляд, его энергичное выражение лица обрамлялось его страшными замками. Он всегда был бдителен, искал, чтобы Талон споткнулся, искал его, чтобы показать страх.