В Wired вышла офигенная статья про последствия трансплантации рук. Это та сторителлинг-меджурналистика, которая в России, кажется, живет только благодаря «Медузе», и которая куда интереснее любых других форматов рассказов о врачах, пациентах и том, что происходит между ними.
Немножко горбачевщины. Из-за заражения крови 26-летней Шейле Адвенто ампутировали руки до локтя и голени со ступнями. Спустя шесть лет врачи предложили женщине участие в экспериментальном проекте по пересадке рук — на тот момент в мире было выполнено всего 20 таких операций. И хотя у Шейла неплохо приспособилась к протезам, конечно же, она мечтала вернуть себе полноценные конечности. Через восемь месяцев врачи нашли подходящего донора и провели операцию.
И тут статья уходит в сторону от нарратива и начинается суровый научпоп. Трансплантология это не только и не столько про мастерство хирургов, сколько про чудеса иммунологии и фармакологии. Пересадить орган или конечность — полбеды, надо сделать так, чтобы организм его не отторгнул. И так, чтобы иммунная буря не убила самого пациента. Современные иммуносупрессанты, которые вынуждены принимать все пациенты, пережившие трансплантацию, замедляют реакцию отторжения, но их побочки достаточно сильны, чтобы поставить под сомнение целесообразность пересадки как таковой. Люди с донорскими сердцами, легкими и другими «заплатками» на телах чаще болеют раком и диабетом, у них со временем отказывают почки. Когда трансплантация — единственный шанс продлить жизнь, эта сделка не кажется кабальной. Но если речь про пересадку конечностей, для которой существует альтернатива в виде протезирования, этический аспект обостряется до предела.
Но вернемся к Шейле. Она благополучно избежала психологических проблем, иногда возникающих у пациентов, которые с ужасом и отвращением относятся к пересаженной конечности. Успешно прошла программу реабилитации и заодно познакомилась с другой пациенткой, перенесшей трансплантацию руки почти одновременно с Шейлой, Джессикой Ариго. Женщины помогали друг другу, вместе учась заново осваивать привычные действия пальцами, и после выписки разъехались по домам. Прогресс Шейлы был значительным — с новыми руками она получила способность наносить макияж, водить машину и говорит, что способна на ощупь различать разные типы ткани. Состояние Джессики также поражало воображение — она нашла новую работу, вышла замуж и даже записалась на курсы пилотов.
Но потом что-то пошло не так. Во-первых, Джессика еще до начала программы трансплантации иногда употребляла кокаин, и скрыла это от врачей (иначе ее бы отказали в пересадке). Во-вторых, ее почки стали уменьшаться, и врачи диагностировали у женщины прогрессирующую почечную недостаточность. Через четыре года после операции она вновь поступила в больницу в очень тяжелом состоянии, и хирурги сразу приняли решение ампутировать руку. Несмотря на то, что это остановило разрушение почек, еще через два года Джессика умерла, оставив сиротой дочку школьного возраста.
У Шейлы все на тот момент было неплохо. Но в год смерти Джессики, спустя пять лет после трансплантации, и ее почки начали отказывать (их функция сократилась на ¾). Врачи сказали, что это связано с приемом иммуносупрессанта, который женщина принимала все эти годы и посоветовали снизить его дозировку вдвое. Кроме того, они подняли вопрос о трансплантации почки. Фактически Шейла оказалась перед страшным выбором — лишится рук или обречь себя на разрушение внутренних органов.
Всего в рамках проекта в Госпитале Джонса Хопкинса было проведено 8 трансплантаций. Четверо пациентов в ответ на вопрос журналиста Wired ответили, что довольны результатом операции и считают это решение правильным. Судьбу двоих, Джессики и Шейлы, мы знаем. Еще один мужчина не ответил на звонок, а последний Джефф Кепнер, с горечью отзывается о своих пересаженных руках как о совершенно бесполезных. Он говорит, что не может делать ими ничего такого, с чем прежде не справлялись протезы.
Если говорить о более масштабной статистике трансплантаций рук в США, то информация есть по 24 из 31 известных случаев. 12 из них закончились серьезными проблемами для пациентов: семерым повторно ампутировали руки, у остальных развились серьезные проблемы с почками. Смертельных исходов, вместе со случаем Джессики, было три: один пациент покончил с собой, еще один умер от рака кожи.
Статья заканчивается пересказом дискуссии на конференции ведущих американских трансплантологов. На ней присутствовала и Шейла Адвенто, правда, выступить ей так и не дали.
Повторение — мать учения:
Публикации о «внутреннем мире» человека, если вам показалось мало (вдруг).
👃Какие органы в теле человека — самые ненужные? Мнение ученых
👂Донорство вслепую: зачем жертвовать органы незнакомцам?
🦴Каково это — жить без селезенки