И не дожидаясь согласия он развернулся и направился к выходу из парка.
- Да конечно, пойдем! Я прикинула что эта беседа займет не так много времени, тем более я знала Станика и мне действительно было жаль этого красавца, и хотелось узнать, что там такое случилось. Да и как-то облегчить эту боль… Боль в глазах моего приятеля, в прошлом весельчака и балагура. Я конечно вышла ненадолго, но Алиса вполне самостоятельная, ее можно оставлять дома одну…, наверное, можно. У кого спросить? Да нет, ничего страшного, она все равно из комнаты не выходит.
И я подхватила свою корзинку, что поставила уже на землю от неожиданности встречи, и пошла за Владимиром. Он шел быстро, впереди, не оглядываясь. А я семенила за ним, таща между-прочим тяжелую корзинку! И он даже помощи не предложил. Нет, злилась я про себя, я конечно все понимаю, но не видеть огромную корзинку он просто не мог, и что меня дернуло потащиться. Надо было сделать скорбное лицо и сказать, что я занята, дел много или еще что-то в этом роде. Мне же любопытно, мне же жалко… У самой проблем много? Лезу не в свои дела, не в свои беды. Вера. В голове как дернулась мысль. Вера тоже погибла. Странно. Два незнакомых между собой человека яркая огненная Вера и высокий, стройный блондин Станик. Почему-то сейчас в моих мыслях возникли вместе. Скорее всего это потому что оба погибли, Веру конечно убили, а про Станика я ничего не знаю. Но надо узнать! Опять эти мысли, что сами по себе! Что? Узнать? Что в моей голове, что происходит. Это странное ощущение, даже сложно объяснить, как будто у меня появляются мысли. Которые вообще мне не свойственны. Не мои совсем мысли. Но я им верю безоговорочно, и это четко и внезапно происходит в моей голове. При этом ощущение, что это все же я, я генерирую это, но как бы другая я. Смелая, решительная, бескомпромиссная. Вот эта другая я эх показала бы начальнику, утерла бы нос Игорю отца его Петровичу! Опять унесли меня мои мысли мои скакуны, а мы меж тем пришли к галерее, которая располагаясь напротив рынка, с которого я так и не дошла до дома. Я и галерею ранее не замечала эту, как не жила в своем районе, а вон как все удобненько-фермерские продукты, нате вам! Продукты для души-всенепременно, извольте любоваться! Никаких вывесок, зазывающих реклам и кричащих плакатов, но при этом очередь на входе.
-Мы пришли, Владимир обернулся и взгляд его упал на корзинку в моей руке. – Извини, он мягко взял корзинку и направился к входу, на входе собирал билетики молодой парень, а вовсе не приятная старушка коих привычно видеть в таких заведениях. Нас естественно пропустили. Владимир только мягко кивнул пареньку. Мы вошли в большой зал, заполненный картинами, у Станика действительно была тяга к коллекционированию, но он коллекционировал не работы известных мастеров, нет. Это были работы не кому не известных кустарных художников. Знаете, такие сидят на набережных и зарабатывают на хлеб насущный. Так вот Станик, останавливаясь в любом закоулке нашей родины, или заморской землицы находил таких художников и покупал их картины. Часто с пейзажами, улицами, домами или портретами местных жителей. Где-то ему рисовали портрет, или портрет его спутницы. Коллекция перевалила за сотню, и была действительна интересной, в зале много народу, они медленно ходят от одного произведения к другому. Но вот удивительно, большее количество людей просто столпились у противоположной стены от входа. Я конечно же незамедлительно пошла туда, даже не подождав своего спутника. Быстрыми шагами я подходила, не смотря на стену, а всматриваясь в лица людей. Я видела заворожённость, восхищение, распахнутые глаза, покачивание головы, какая-то женщина замерла и не могла оторваться. Но когда я подняла глаза, то не смогла удержаться:
-Не может этого быть!