Почему человек бессознательно подчиняется давлению группы (даже если этого давления нет, а просто он его себе вообразил) и делает то, что велит коллектив?
Я часто просматриваю чужие резюме на предмет подбора сотрудников. Обычно я пропускаю вводную часть и смотрю «Прочее» и «Мои недостатки». Наивные хитрецы в «недостатках» указывают достоинства: «чрезмерно ответственен», «излишне трудолюбив». Но попадаются и честные признания. Один человек как-то написал: «Я ушел с должности преподавателя, так как разочаровался в теории относительности». Другой счел нужным предупредить: «Не люблю начальство как класс». Барышня добавила в «Прочее»: «Интим не предлагать». Претендовала она, к слову, на должность курьера.
Такие граждане вызывают мое безграничное уважение. В свое время у меня духу не хватило признаться нынешнему работодателю в том, что в архиве одной из газет города Б. пылится личное дело, содержащее выговор в отношении меня — «за пение на производственном совещании».
Мы любили эту песню. Она называлась «Чашки-ложки» — по первой строчке. Кто-то с нее начинал, потом вступал второй: «Елки-палки-елки-палки», третий: «внучка-Жучка-внучка-Жучка». Получалось многоголосие, над которым солист пел: «Росли веники на бане».
Но новый главред, едва появившись в редакции, сразу дал понять, что шуток шутить не намерен. Потребовал обращения на Вы, ежедневных отчетов и, что уже совершенно не укладывалось в разумные рамки, сдавать газету вовремя. Ни одна газета в мире не сдается вовремя! И через несколько недель на планерке мне подкинули бумажку со словами «Росли веники на бане». Совещание было в разгаре, диалог с коллективом не клеился, редактор наливался кровью. Корреспондент отдела молодежной политики Иванова, барышня очень тихая, как могла, доказывала ему свою правоту.
— Вы не понимаете, — твердила она, — это важно, читатель должен узнать... Тема волнует многих... — и вдруг на полуслове, нервно заикаясь, запела: — Чашки-ложки-чашки-ложки.
Даже рыбы в аквариуме замерли с открытыми ртами, перестав пускать пузыри.
— Елки-палки-елки-палки, — робко подхватил песню кто-то в дальнем углу.
По очереди штатные сотрудники газеты, взрослые люди, превращались в идиотских идиотов. Происходила цепная реакция. Напуганный главный редактор, позабыв про то, что ему требуется делать вид делового человека, с мольбой в глазах смотрел на ответсека. Но ответственный секретарь только безответственно улыбался в пшеничные усы. А потом, потупив глаза, запел что-то совершенно несуразное. Редактор схватился за голову.
Я сидел ближе всех к нему. В конторе на меня возлагали определенные надежды. В конце концов, я только что произнес пафосную речь о том, что нужно воспитывать в себе профессиональное отношение к делу. В общем, с точки зрения карьеры мне было лучше помолчать. На этой безусловно умной мысли я с удивлением услышал противный голос, который запел «росли веники на бане» — мой голос. И это (если бы вы слышали, как я пою, вы бы поняли) вывело редактора из ступора. Он закричал:
— Вон из кабинета! Иванова, Крузенштерн, Собакин — выговор в личное дело и по 50 рублей штрафу!
Послышался ритмичный стук — это рыбы в аквариуме по очереди грохнулись в обморок.
— Я не пел, — тихо сказал Собакин. Как человек без принципов, он вел в газете рубрику «Письма» под псевдонимом Элеонора Крылова. То есть не мог не участвовать в такой постановке.
— Что?! Издеваться?! — редактор готов был зарыдать.
— Я не пел. Мне не дали слов, — объяснил Собакин. — Но если меня все равно уже оштрафовали, то я спою.
И в тишине запел «Чашки-ложки». И пел, пока не надоело.
Пожалуй, стоит все-таки дописать в резюме пару строчек.