Широко известный в узких кругах блогер из ЖЖ Алексей Кунгуров упорно называет события нынешнего московского кризиса «Шаббат-революцией» и «Революцией фригiдности». Правота его оценки была ясна изначально, но эта ясность яростно боролась с надеждой на что-то большее. И лично я лишился этой надежды после очередного «шаббата» 17 августа.
Краткая справка для тех, кто месяц не подключался к российской реальности: 8 сентября пройдут выборы в региональный парламент Москвы. Избраться туда хотели и кандидаты от либеральной оппозиции — блок «Навальный»/«Яблоко» с примкнувшими. По не совсем ясной причине, власти приняли решение не изображать демократию. Вместо этого они совсем отказались регистрировать независимых от мэрии кандидатов. С середины июля в связи с этим либеральная оппозиция собирает мирные митинги из представителей московского креативного класса.
Ничто не предвещало интересных событий до 20 июля, когда внезапно на проспект Сахарова пришло 20 тыс. человек, и все с удивлением обнаружили нарастающую динамику протеста. После этого власть включила режим «плохого полицейского», посадила большинство бузотерящих депутатов под административный арест, ввела на две субботы полувоенное положение в Москве, во время которого гоняла по всему центру толпы кричащих «Допускай!».
В процессе начался фестиваль народной самодеятельности от силовиков, были созданы уголовные дела по несуществующим массовым беспорядкам с формулировками «показывал знак направо» в протоколах уголовных дел. Теперь ситуация задела некоторые широкие массы, и на крайний митинг 10 августа вышло действительно значимое число людей — 60 тыс. человек. Повестка плавно перешла из плоскости выборов в плоскость полицейского насилия.
В связи с этим по старой традиции оппозиция окрылилась, воодушевилась и начала праздновать победу, повторяя как мантру заклинание «Только бы не слить протест!», словно игрок в казино, истерично шепчущий перед колесом рулетки «Только бы не перестало фартить».
«Слить протест» — это политический мем, появившийся после «болотной». Он возник как реакция на ошеломляющий итог событий. Действительно, ситуация, в которой вы целый год мурыжили готовую к активным действиям народную массу в несколько сот тысяч до тех пор, пока всем не надоело и все не разошлись, должна быть вами глубоко отрефлексирована ради безопасности вашего собственного эго. Рефлексия профессиональных внесистемщиков произошла, и выразилась в простом выводе: «Нам помешали предатели в наших протестных рядах, которые продались Кремлю и слили протест».
Справедливости ради, такие действительно имелись в очень большом количестве. И теперь наша оппозиция, помимо прочих характерных черт, добавила себе невроз по отношению «чистоты рядов». Все начали всех «выписывать из движа», заботиться об «институте репутации» и заниматься прочими веселыми вещами.
Вернемся к 17 августа. Удивителен уже тот факт, что сама либеральная оппозиция внутри своей тусовочки смогла по-настоящему объединиться. Видимо, именно на нереальность такого поворота событий и рассчитывала мэрия, выбрав изначальной тактикой шапкозакидательство, с которым она отнеслась к ведению этой кампании. Но синтез произошел, и ситуация вышла из-под контроля власти.
Официальные силы начала прибегать к стандартным политтехнологическим приемам. В частности — перехват инициативы ручной оппозицией. Вместо очередного разгона, на шаббат 17 августа наметили план-перехват: митинг состоялся под флагом КПРФ. Ее лидер Геннадий Зюганов лично светился на сцене в красных коммунистических «Найках». В толпе присутствовал и протоиерей Всеволод Чаплин.
Реакция оппозиции, в описанной выше логике, была такой — игнорировать попытки перехватить протест, не вестись на провокацию. Игнор сработал: на митинг от КПРФ пришли 4 тыс. человек. Вместо этого несколько сотен «истинных оппозиционеров» прошлись по городу с одиночными пикетами.
Казалось бы, успех. «Мы, бравые ребята, знаем, что и как. Мы дорожим своей репутацией и со всякими мурзилками не играем» – восстанавливаем мы ход мыслей либеральной интеллигенции. Интернет скромно наполняется иронией по поводу того, что «ошибки 2012 года не будет» и «люди знают, где хорошее, а где фейк от КПРФ». Самосознание масс поднялось, так победим.
Но у меня плохая новость — протест слит. Больше 50 тыс. человек больше не собрать, единственный шанс — очередная и очень большая ошибка со стороны власти. Тогда динамика вернется. А так, увы, все потеряно.
Знание о том, кто «мурзилки», а кто «норм пацаны» — доступно и интересно только внутри инфопузыря включенных в политику людей. Основная масса населения, у которой недовольство и мобилизационный потенциал есть и множится из-за объективных (не связанных с вами) причин, увы, либо совсем не знает ничего про «сливы протестов», политтехнологии и то, что КПРФ, по мнению некоторых, — дочерняя компания «Единой России», ибо финансируется на 80% деньгами федерального бюджета; либо знает всю горькую правду о коммунистах, но не знает и не интересуется тем, что именно они организовали этот митинг 17 числа.
Для них все просто-напросто «рассосалось»: «вот раньше призывали каждую субботу, и я ходил, а сейчас че-то замолчали все — и как-то да». А на следующую субботу этот человек — один из тех, кто пришел на Сахарова 10 числа — уже запланирует какие-нибудь дачные поездки, и вообще потеряет интерес к происходящему. Аналогия к этому простая: когда бежишь марафон — не сбивай дыхание.
В итоге, наша оппозиция опять замялась. Испугалась собственных успехов. Это как с известным цирковым номером — мотоциклистом внутри полого шара. Чтобы проехать внутри него и не упасть, надо пересилить свой страх и в момент, когда едешь вверх, жать на газ, а не на тормоз. Нажмешь на тормоз — точно упадешь.
Во всех самых мирных протестах в истории XX века не наблюдается снижение динамики на ровном месте. У нас существует некоторое ложное представление о том, что мирный протест как у Ганди – это не только очень действенно, но и очень просто. К тому же без рисков и трудозатрат. Это, с точки зрения науки истории – заблуждение.
Увы, мирный протест требует не только выкриков «мы без оружия», но и в разы больше усилий, в первую очередь моральных. Выходить, как только представится такая возможность, приходить даже в ад с чертями если нужно. И на митинги КПРФ приходить, ибо тоже трибуна и тоже граждане. Пытаться перехватить инициативу у тех, кого к вам направили перехватывать инициативу. И главное – идти в автозаки с искренней улыбкой на устах, платить штрафы с чувством благодарности, отсиживать административные и уголовные сроки как величайший дар. До смешного – благодарить судей в залах суда за аресты и приговоры.
Ибо смысл мирного протеста в том, чтобы людям вокруг вас стало стыдно. Стало стыдно полицейскому и прокурору. Но стыд криками «Позор!», увы, не вызвать, наоборот – вербальная агрессия в психологии приравнивается к физической, только с поправкой на немощь говорящего. Почему мы сейчас христиане? Потому что на протяжении трех веков с казни Иисуса и до императора Константина сотни, тысячи, десятки тысяч христиан смотрели на казнящих их центурионов с чувством искреннего и лучезарного «Спасибо». Три века жертв своей жизнью свели римлян с ума, устыдили и теперь христианство – самая многочисленная религия планеты.
В этом суть. Мирный протест — он про большие потери, достигаемые медленно и огромными жертвами. Иначе не бывает.
Кончится нынешний протест как всегда: нашу оппозицию, не готовую к христианской жертвенности, станут шантажировать применением к ней аппарата государственного насилия. Оппозиция, испугавшись, станет на этот шантаж вестись. В итоге ни одна тактическая и стратегическая цель достигнута не будет, в обмен на что после всей истерии, с барского плеча и по поручительству проректора ВШЭ Валерии Касамары, торжественно выпустят из тюрьмы Егора Жукова, обвиненного в «массовых беспорядках» за то, что он «показывал знак направо». И праздновать это будут как великую победу.
Автор — Егор Петрукович
*(Мнение автора может не совпадать с позицией редакции)
