Ежов Николай Иванович (1895—1940), Народный комиссар внутренних дел СССР. Уроженец Петербурга, выходец из семьи русского рабочего-литейщика и литовки, жительницы города Ковно. Учится портняжному ремеслу, работает помощником слесаря на стекольном заводе. Призван в Красную Армию, где становится заместителем руководителя агитационно-пропагандистского отдела. До середины тридцатых годов считается мягким и тактичным человеком. Далее он проявляет активность, указывая руководству на недоработки в деле разоблачения троцкистов, возглавляет следствие по делу об убийстве Кирова. Так он входит в область действия Сталина, трансформируется им и продвигается, если можно так сказать «выше».
В 1936 году Ежов сменяет Генриха Ягоду (Енох Иегуда), по возможности, противившегося фабрикации дел о подпольных антисоветских организациях, на посту руководителя госбезопасности. При новом наркоме появляются разнарядки местным органам НКВД с указанием числа людей, подлежащих высылке, расстрелу, аресту, заключению в лагеря и тюрьмы. Для ускоренного рассмотрения дел используются внесудебные органы, как то «тройки НКВД СССР». Это суть начальник областного управления НКВД, секретарь обкома, прокурор области. По материалам дел, заочно — либо вовсе без материалов, по спискам с описанием процедуры ареста, в свободной форме выносятся решения, не подлежащие обжалованию. Заключительным документом является акт о приведении приговора в исполнение. В день «Ежевичка» отправляет Сталину до 20-ти докладов об арестах, проведении карательных операций, запросов о санкционировании тех или иных акций.
Немногим позже возникает советская легенда о том, что «Сталин верил Ежову, не глядя подписывал документы о расстреле невинных людей… вождь ничего не знал». Нарком сметает старую ленинскую гвардию, всех, кто не считает Сталина высшим существом, расправляется с офицерами, распугивает разведчиков. Самые умные из них предпочитают скрыться за границей. Остатки совести глава госбезопасности заливает водкой. И, 9 декабря 1938 года, Ежов, «согласно его просьбе» освобождается от обязанностей наркома внутренних дел. Теперь он становится скромным комиссаром водного транспорта. Далее, 10 апреля 1939 года нарком арестовывается в кабинете Маленкова, при участии Берия, обвиняется в подготовке государственного переворота и террористических актов. В последнем слове на суде Ежов сетует, что, мол, во время следствия «ко мне применили сильнейшие избиения», на самом же деле я не террорист, и в течение двадцати пяти лет своей партийной жизни честно …уничтожал врагов».
Жена Ежова принимает яд. Брат Иван, сестра Евдокия, племянники Виктор и Анатолий ликвидируются. В советской прессе об аресте и расстреле Ежова ничего не сообщается. Он выпадает из информационного поля, вплоть до исчезновения его изображений с исторических фотографий.