Он прожил в этом районе восемь лет – срок для городского мальчишки немалый, учитывая, что его родители, коренные ленинградцы, вернувшиеся с войны, своей жилплощади не имели и были вынуждены снимать комнаты, а то и углы в многочисленных коммуналках по всему городу. Но в детский сад его отовсюду возили один – от Академии тыла и транспорта, где тогда учился отец – в доме №2 на Таврической улице Смольнинского района Ленинграда…
…Вначале они жили на Петроградской у маминых родителей, но потом вернулся с Сахалина мамин младший брат с семьёй, и они переехали с Кировского на проспект Максима Горького в комнату огромной коммуналки, тоже к младшему брату, но уже отца, студенту Военмеха, с которым из-за его молодости и максимализма, со слов родителей, они не ужились, и начались их странствия по чужим людям и углам всего города!
Последним их пристанищем перед съёмным жилищем на Суворовском стала комнатушка на Колокольной улице, что у Собора Владимирской иконы Божией Матери, запомнившаяся Андрею, потому что в старшей группе на уроке детского творчества он утверждал, глядя на картину «Грачи прилетели», что это вид из окна их комнатёнки на одну из церквей, окружавших Собор! Мужу хозяйки, тянувшего срок за изнасилование соседки, жившей в той же квартире, оторвало ноги при взрывных работах на руднике, его досрочно освободили, и они улепетнули на Суворовский!
На этот раз отцу повезло – по наводке сослуживца он снял комнату в небольшой коммунальной квартире на Суворовском на первом этаже окнами во двор. Хозяйке тёте Маше Ивановой принадлежали две комнаты: одну она сдавала им, во второй жила с дочерью Наташей, его ровесницей, записанной в тот же 1Б класс той же школы восьмилетки №163, что и он, и сестрой Ефросиньей с сыном-эпилептиком, не ходившим из-за перенесённого
полиомиелита. Обе сестры были вдовами: у одной муж погиб на фронте, второй сгинул на зоне, как полицай и бывший власовец…
Вход в парадную под ржавым навесом был со двора, грязные витражи лестницы были местами заменены кусками фанеры, коричнево-лиловая штукатурка свисала клочьями, обнажая дореволюционную ещё, поросшую плесенью штукатурку, на лестнице вечно стояли лужи и жуткий запах мочи, благо магазин со звучным названием «Пролетарий» находился в этом же доме направо от арки!
Главной улицей района безусловно являлся Суворовский проспект, одним концом упиравшийся в Смольный с величественным Воскресения Христова Смольным собором, другим – в конец Старо-Невского и начало Невского проспекта в районе площади Восстания, бывшей Рождественской! Главным садом – Таврический, окаймлённый улицами Таврической, Потёмкинской, Салтыкова-Щедрина, бывшей Кирочной и Воинова, бывшей Шпалерной! От Невского Суворовский пересекали 9 Советских улиц (10-я пересекала Моисеенко), бывших Рождественских, Моисеенко, Таврическая, Заячий переулок, Салтыкова-Щедрина (Кирочная), Красной Конницы (Кавалергардская), Тульская, Одесская и Лафонская улицы…
Какое счастье, что им вернули прежние благородные и благозвучные названия!