- Подойди ко мне, детка. Надо ль бояться снов? В этот — черный, густой, как полночь —смелей шагай! Он наполнит тебя отчаяньем до краев, Напоит допьяна вином — подставляй бокал. Станет кровь в одночасье гуще полночной тьмы, Пульс забьется в тяжелом ритме, уснуть маня. Ты расслабишься, детка, в горячем хмелю вины, В обнаженное сердце захочешь впустить меня. Ледяными губами кожи едва коснусь, Ранок пара на тонкой шее — блаженства ад. Как ты чувственно дышишь...как ты сладка на вкус... - Я проснусь, утолив твою жажду? Ответь же, Влад...
- Подойди ко мне, детка. Надо ль бояться снов?
В этот — черный, густой, как полночь —смелей шагай!
Он наполнит тебя отчаяньем до краев,
Напоит допьяна вином — подставляй бокал.
Станет кровь в одночасье гуще полночной тьмы,
Пульс забьется в тяжелом ритме, уснуть маня.
Ты расслабишься, детка, в горячем хмелю вины,
В обнаженное сердце захочешь впустить меня.
Ледяными губами кожи едва коснусь,
Ранок пара на тонкой шее — блаженства ад.
Как ты чувственно дышишь...как ты сладка на вкус...
- Я проснусь, утолив твою жажду? Ответь же, Влад...