ЗЛО Я ПИШУ

В пьяном угаре стихов я своих не слагаю,

Дури хватает без водки в башке у меня.

Вам напечатать стихи эти не предлагаю,-

Вряд ли они будут уши и души пленять.

Зло я пишу. Много во мне накипело,

Ведь недозрелым стихов я таких не писал.

Ленина слово, Ленина славное дело

Впитывал я, и умом, и душой постигал.

Где те кумиры, которым должны мы молиться?

Где те дела, на какие равнять свой разбег?

Долго ли будет запой этот гибельный длиться?

Долго ли может звучать этот пакостный смех?!

Мы – та страна, где невозможное можем!

Мы – тот народ, что способен на всё и на вся!

Так почему у нас жизнь, что ни день, то дороже?

Так почему наши недруги всюду борзят?!

Может враги в нас учуяли слабость добычи?

Может считают, что низок наш воинский дух?!

Мало ль хлебали свинцовых они зуботычин?

Или хотят повторить исторический круг?

Нет, тут совсем не в спиралях истории дело.

Мы обленились,- работать не хочет никто.

На побеседках мордуем свой разум и тело,

Чтобы набатом смертей обозлиться потом.

Труд, только труд, созидательный труд – та преграда,

Коей подвластно умерить врага, охладить.

Если рабочий не бомбы льёт,- бдит баррикады,

Сможет ли ястреб вольготно над жертвой парить?!

Мы не кумир для рабочего Штатов, Канады.

Мы перестали примером служить для других.

- Социализм,- говоришь,- он нам даром не надо,-

Вы позаботьтесь-ка лучше о детях своих.

Прежде Россия нам масло и хлеб поставляла,-

Нынче у нас закупаете кур и зерно.

Социализм – хорошо, да теории, видимо, мало,

Коль не трудиться, а водку хлестать да вино…

Нет, всё не так, наш рабочий – трудяга великий.

Он и труду, и свершениям жизненным рад.

Водка – дерьмо, но не зная,- сиди не пиликай:

В жилы вцепился ему мракобес – бюрократ.

Нормы, расценки,- казалось бы – плёвое дело,

Но не заставишь нас выдать пять норм на гора.

Намертво въелась наука и в кровь нам, и в тело,-

Ни за медаль мы не станем пахать, ни ура!.

Стойкие нормы, твёрдая форма оплаты –

Вот те могучие, нужные нам рычаги.

Выдал пять норм,- митингуй потом хоть до заката,-

Нормы не трожь и оплату урвать не моги!

Всё тогда будет, и будет всего ведь с лихвою,-

Лишь изобилием можно людей удивить.

Кто нынче станет стремиться за слово пустое

Пуп надрывать иль клопов своей кровью поить?

Скажете, я описал ситуацию мрачно?

Мол, мы и строим, и пашем, и всё у нас есть.

Так почему эта баба в чуланчике плачет?

Может ей вдосталь зарплаты, чтоб детям проесть?!

Нашей зарплаты хватает на хлеб да на воду,

Да за квартиру, за угол чужой заплатить..

Долго ль ютиться в паршивых клетушках народу?

Долго ль весь век на желанную «Ладу» копить?

Знаю ваш довод: боитесь всё, вдруг зажиреем.

До ожиренья нам участь весьма далека:

Мы ни квартиры хорошей пока не имеем

И ни машины хорошей иметь мы не можем пока.

Всё, как на массу, замкнуло на бюрократа:

Пишет, вещает, считает чужие шиши…

Вот потому, потому и страдает страна так!

Вот потому спекулянты копят барыши!...

В пьяном угаре стихов я своих не слагаю,

Дури хватает без зелья в башке у меня.

Вам напечатать стихи эти не предлагаю,-

Вряд ли они будут уши и души пленять.

Лида – 1984. Белоруссия.