Дважды в 1970-е годы психические проблемы пилотов приводили к трагедиям.
ОЛЕГ ЕГОРОВ
За много лет до трагедии 11 сентября в США, в СССР два обезумевших летчика протаранили жилые здания в суицидальных терактах.
Советский легкий самолет Ан-2 – один из самых популярных в мире. Маленький биплан с неубирающимися шасси, прозванный «Кукурузником», вошел в книгу рекордов Гиннесса как единственный самолет, который выпускают более 60 лет (с 1947 г.); его производили, кроме СССР, в Китае и Польше, а поставляли еще в десяток стран.
Ан-2 легок в управлении и хорош своей многофункциональностью. Его использовали и в боевых действиях (от Корейской войны 1950-1953 гг. до гражданской войны в Ливии 2011 г.), и во вполне мирных целях: с его помощью было удобно опылять поля химикатами, перевозить грузы и пассажиров, в том числе в дикие места, где самолет больших размеров бы просто не сел.
Кроме того, как показали два печальных случая, произошедшие в 1972 г. в Ворошиловграде (сейчас – Луганск) и в 1976 г. в Новосибирске, Ан-2 дважды становился орудием бытового убийства: психически нестабильные пилоты таранили на них жилые дома. И если в первом случае погиб только самоубийца, второй летчик забрал с собой жизни четырех случайных людей.
Случай 1: Ворошиловград
Утром 27 марта 1972 г. командир воздушного судна (КВС) Тимофей Шовкунов должен был вылететь из Ворошиловграда по обычному маршруту – в соседний город Сватово. Узнав, что рейс отменен из-за погодных условий, он сказал коллегам, что пойдет завтракать. Вместо этого он взял ключи от самолета Ан-2, принял борт у авиатехника и, опробовав двигатели, поднялся в воздух. Без второго пилота и не сказав ничего диспетчеру.
Диспетчер и службы аэропорта не успели разобраться, куда улетел Шовкунов, как из города уже пришла новость о таране дома. Шовкунов погиб, направив Ан-2 в собственную квартиру на третьем этаже. «По всей видимости, хотел свести счеты не только с жизнью, но и с помещением, где не был счастлив», – пишет «КП Украина».
Шовкунов знал, что в квартире никого не было – накануне он поссорился с женой, и та ушла, забрав его сына. До этого супруги не раз ругались, да и общее психическое состояние пилота оставляло желать лучшего. «Причиной ЧП явилось самоубийство КВС вследствие психопатической реакции на почве семейных неурядиц», – лаконично подытоживает архив «Авиационные происшествия, инциденты и авиакатастрофы в СССР и России».
Жена Шовкунова позже рассказала, что он не раз грозил ей покончить с собой с помощью самолета. При этом пилот умело скрывал психические проблемы от коллег – пока не стало слишком поздно.
Случай 2: Новосибирск
Владимир Серков, пилот из Новосибирска, с 1971 г. страдал от приступов эпилепсии, позже ударился головой, выпав из автобуса, но скрывал от медиков постоянные головные боли – боялся потерять работу. И, как и у Тимофея Шовкунова, у Серкова не ладилась семейная жизнь.
Летчик вел себя все более неуравновешенно, постоянно срывался на жену Татьяну, предпринимал попытки суицида – в итоге супруги подали на развод, жена забрала ребенка к родителям. 25 сентября 1976 г. Серков увидел жену с ее знакомым возле дома родителей Татьяны, пришел в ярость от ревности, даже ударил ее. В ту же ночь он решил убить не только ее и себя, но заодно тестя, тещу и сына.
Он приехал на аэродром и улетел в чужом самолете по поддельному разрешению на вылет. Через несколько минут сухо ответил на нервные вопросы диспетчера, куда он направился: «Ищите меня по улице Степная, дом 43/1, прощайте». Это и был дом родителей Татьяны, где она временно жила вместе с сыном. Серков врезался в стену дома между третьим и четвертым этажами. Сам тут же погиб при взрыве, вспыхнул страшный пожар, в котором погибло четверо соседей, включая троих маленьких детей. Родственников Серкова дома не оказалось.
До 2001 г. власти ничего не рассказывали о трагедии советским гражданам, а вспоминать ее жители «дома, в который самолет попал» не любят до сих пор.