Смотреть на нее было одно удовольствие! Рыженькая, маленькая, а такая трудолюбивая белочка, что даже слегка завидно. Вот, думаю, белка, хоть она не собака, но тоже, можно сказать, друг человека: она бегает в своем колесе не покладая лапок, и тем самым являет нам положительный пример, как можно работать без перекура.
Мне надо было идти по делу, но я все стоял у витрины и смотрел, очарованный ее трудовым подвигом. Колесо крутилось, деловито жужжало. И от его жужжания началось в голове у меня кружение... Как бы некоторое обалдение даже.
Вдруг она, не отрываясь от своего производства, на бегу подняла на меня черненькие глазенки и молвила, как в сказке, голосом человечьим:
— Чего уставился? Делать больше нечего, да?
— Ой! Вы разве говорить умеете?!
— Да уж хватит, на молчалась. Я честно тружусь, не то что некоторые. И имею право высказать, что хочу.
— Вы, белка, не так меня поняли, я не против гласности. Наоборот, я за. И поскольку уж зашел между нами разговор в атмосфере открытости, позвольте задать вопрос?
— Ну?
— Вот вы честно бегаете, крутите колесо. А какая от вашей деятельности польза?
Белкины глаза изумленно округлились. Колесо замедлило вращение, заскрипело... и вовсе остановилось. Белка из него вылезла, спрыгнула на пол, села напротив меня, уставилась, будто я неприличное что сказал.
— Весьма странный вопрос вы задаете, — пожала плечиками белка.
— Мною всегда восхищаются, детей и подростков приводят в целях воспитания: пусть видят, как грызуны перевоспитываются в ударников, в книге отзывов мой труд получил высокую оценку. А вы вот недовольны.
— Я же ничего плохого не говорю. И завтра же приведу своего двоечника для назидания. Но вот в смысле эффективности вашей работы, что я ему скажу?
— Эффективность высокая, так и скажите.
— Да, но в чем она выражается? Каков конечный результат?
Белка презрительно вздернула носик.
— Вы что, с луны свалились? Всем же ясно: кто не трудится, тот зарплату не получает. Если же вопрос рассматривать в аспекте физиологическом, то и опять же все ясно: от безделья кони жиреют, трактора ржавеют, люди спиваются, а на моей работе нагрузочка будь здоров!
— Вообще-то белки по законам природы в лесах должны, резвиться...
— Ф-фы, на черта это сдалось! У меня совершенно другой профиль, я курсы кончала не по лесу, а по колесу. И на усовершенствовании была...
— Вы все о себе да о себе! А что ваше колесо дает обществу, народному хозяйству?
— Но так уж заведено: лошадь что-либо везет, собака служит и лает, а мы, белки, по колесной части.
— И никогда не задумывались, для чего оно, колесо? Вы пластаетесь, из шкуры вылазите, а оно, может, вовсе и ни к чему.
Она рассердилась. Видимо, она была убеждена, что если ее колесо каждый день не крутить, то и земной шар остановится. Прищурила глаза и сказала с этакой ядовитой интонацией:
— А вы, люди, вы-то все с пользой делаете? Длинные однообразные речи сочиняете, липовые обязательства тоже, разные там массовые движения на одном месте... Бумагу напишут да и пустят колесом по отделам, и покуда она сверху вниз да обратно снизу вверх катится, на нее еще эшелон бумаг накрутится, а конечный результат — ноль. Или живое дело пока заверяют да согласовывают, из него вся польза болтовней выходит! Природу запылили, небо закоптили, реки иссушили, еще и о пользе треплетесь!
— Позвольте, позвольте! — обиделся теперь уж я. — Откуда вам все это может быть известно?
— Не в лесу живем. Я при одном завкоме три года состояла, всякого наслушалась. Меня и в отчетах отражали: «...наш коллектив трудится с небывалым подъемом!» Бывало, колесо мое перекрасят в другой цвет, и в отчете: «...произведена реконструкция!» Вы еще болтаете, что от колеса пользы нету! Кто насобачился, тот и из стоячего болота себе премию извлечет. Так что идите, товарищ, не мешайте работать.
Белка повернулась ко мне хвостом, впрыгнула в колесо, и оно снова стало деловито раскручиваться, подавая нам пример... А я ушел, чтобы действительно не отвлекать ее пустыми разговорами о пользе дел, признанных крайне необходимыми. Но как она смеет людей критиковать?! Ежели каждый мелкий зверек начнет разбираться, что у людей полезно, а что не очень, то каких прекрасных работников придется уволить за ненадобностью!