Недавно решила сходить в обувную мастерскую. Дорога моя лежала через погост — так короче. Смотрю, возле одного памятника прямо на могиле мужик сидит, пиво пьет из горла. Вторая бутылка стоит перед портретом усопшего. «Вот обнаглели люди, вроде нет другого места пива выпить» — подумала я, но тут же осеклась, узнав мужчину.
В техникуме он был незаметным, очкастым и очень смекалистым в математике и физике. Ученый Мыш — звали его все за глаза, и бегали за помощью. Он знал свое прозвище, но не обижался и всем делал «шпоры» по тем самым предметам. Мне и самой не раз к нему приходилось «кланяться».
— Здравствуй Андрей, не ожидала тебя тут увидеть.
— Да вот, друга пришел проведать, — кивнул Андрей на памятник.
На гранитной стеле был изображен молодой парень со спокойным, умным лицом.
— Сожалею, давно он умер? — спросила я.
— Не в этом дело, он мне жизнь спас, — ответил Андрей. — Я недавно себе мотоцикл купил. К нему ещё не успел привыкнуть, обкатать так, сказать. И вот ехал я чуть под вечер. Дорога мокрая была, дождик моросил. Выехал я на особо каверзный участок дороги, там, на обочине постоянно висел венок и корзина с траурными лентами. Я, как ворона вытаращился на новый венок, и через мгновение перед моим носом возникло дерево. Удар был такой, что я слетел с мотоцикла и пролетел метра три. Головой ударился и в горячке сел. Перед глазами все плыло, словно я катался на карусели. Тут ко мне подскочил какой-то парень и стал тормошить.
— Спокойно, сейчас в больницу поедем, с тобой все будет нормально.
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Серега. Зовут Серега, «скорую» звать не будем, тут до больнице два шага.
Мои ноги вдруг налились тяжестью, и Серега буквально взвалил меня на себя. Я ещё сказал, что не брошу мотоцикл.
— Брось свою железяку, на этом чертовом участке дороги много людей на тот свет отправились, но тебе повезло, его я патрулирую. Ты пива хочешь?
Я действительно чувствовал страшную жажду. Серега вытащил из-за пазухи бутылку, ловко её раскрутил и, сделав глоток, передал мне. Я выдул почти все и почувствовал себя лучше. Мало—помалу мы дошли до больницы. Он посадил меня на лавочку возле больницы, а сам пошел за врачом. Я закрыл глаза и отрубился.
Очнулся я уже в травматологии. У меня был перелом позвоночника, сотрясение мозга и перелом обеих ног. Врач удивился, как я сам добрался до больницы. Я сказал, что меня довел до больницы парень по имени Сергей. Врач сказал, что стоял возле больницы, курил и видел, как я шел — согнувшись и подбоченясь — но сам, один и никакого провожатого рядом со мной не было.
— Ну, как же, он ещё напоил меня пивом — запротестовал я.
— У тебя в крови не обнаружили алкоголя, — ответил мне врач. — Ты сел на лавочку и потерял сознание, тебя я сам подобрал.
Я попал в травматологию пятнадцатого июня и пролежал в гипсе и корсете почти два месяца. Я и сейчас ещё хожу неважно, хотя зажило на мне все, как на собаке. Очень быстро. Я решил, что дошел до больницы действительно сам, что все это сгоряча и Серега мне просто померещился. Так было до тех пор, пока я не приехал проведать могилу своей бабушки. Я вдруг увидел эту могилу. Раньше я не обращал внимания на неё, не обратил бы и теперь, если бы не узнал на памятнике лицо Сергея. Могилу убирала женщина, и я осмелился спросить её, кто здесь похоронен.
— Мой сын Сергей. Разбился на машине три года назад, — ответила женщина.
Она назвала тот самый участок дороги, на котором я видел венок, и где разбился на мотоцикле сам.
— Он любил пиво? — спросил я почему-то.
— Да, а вы разве с ним были знакомы?
— Когда он погиб?
— Пятнадцатого июня — вздохнула женщина, и слеза скатилась с её ресницы.
Как не крути, но получается, что познакомился я с Сергеем, когда он уже давно был мертв. Мне стало жутковато. «Этот участок я патрулирую».
Мотоцикл мой ремонту не подлежал, и было просто чудо, что я отделался «легким испугом». Теперь я стараюсь, как можно чаще приходить сюда с бутылочкой пива и жалею только об одном — что я не знал такого хорошего парня при жизни. Мне вдруг пришла в голову жутковатая мысль:
— Слушай, так ведь таких венков возле дорого видимо-невидимо, неужели возле них всегда такие «патрули» есть?
— Если бы так было, на дорогах вообще никто не погибал бы. Я просто уверен, что мне повезло, я разбился в день гибели Сереги и он, наверное, не захотел, чтобы рядом с ним бродила ещё и моя душа. А может просто человеком был хорошим. Есть ведь и такие, что специально аварии подстраивают.
Андрюха раскупорил вторую бутылку пива и протянул её мне.
— Хорошее пиво, — сказала я.
— Хорошее, но, знаешь, совсем не такое, каким поил меня Серега.
— Угу, скажи ещё, что призрачное пиво вкуснее — это уже фантастика.
Я не знаю, как это выглядело со стороны — двое людей пили пиво у могилы и «чесали» языком, а третий смотрел на нас с гранитного «окна» и все понимал, и не обижался. А мы стояли и чувствовали себя одной компанией, и он был рядом с нами — живой.
