Как известно, только двое из Ливерпульской четверки доехали до Москвы: Пол Маккартни и Ринго Старр. К сожалению, не имеется каких-либо веских доказательств посещения обоими сэрами именно района Чистых Прудов – но, тем не менее, определенная духовная связь между Beatles и Чистопрудьем имеется. Лично для меня, во всяком случае, слушайте!
Когда я был юн, то в один из самых прекрасных дней своей жизни я внезапно увлекся музыкой одного британского вокально-инструментального ансамбля. Вслед за чем встал вопрос о некоторых назревших изменениях в московской топонимике, так сказать. В свете нового увлечения.
Ну, что станция метро становится «Библиотека имени Леннона» и Леннонский проспект – это как бы очевидно, на поверхности и всё уже придумано до нас. Старая площадь, само собой, становилась площадью Старра, здесь тоже логическая цепочка недлинная.
Чуть сложнее пришлось с сэром Полом. Но улица Адмирала Макарова подошла вполне. Во-первых, я на ней родился и вырос, и где Макаров, там и Маккартни. Ну и потом композиция «Admiral Halsey» - одна из моих самых любимых из сольного периода сэра Пола – в общем, один к одному и масть в масть.
А вот с Джорджем Харрисоном пришлось поднапрячься, сходу как-то ничего не приходило в голову.
И тут очень ко времени на глаза попался справочник «Имена московских улиц».
Ч. – чемоданы, чебуреки... буква «Х»... есть! Дайте два!
Большой и Малый Харитоньевские переулки, что в районе Чистых прудов – отлично! Теперь будут – Харрисоньевские. Паззл сложился: теперь и на московских изогнутых улицах Великая Четверка представлена в полном составе. И я стал счастлив.
Тем у кого «привычка жениться» Малый Харрисоньевский... ну, то есть, для них-то он Харитоньевский, и знаменит в первую очередь Грибоедовским ЗАГСом. Ну а для меня вот – знаменит Джорджем Харрисоном.
Ну вот такая простая история. А теперь к ней саундтрек.
Будет, конечно, Джордж, и моя любимая с его последней, вышедшей уже после смерти пластинки Brainwashed.
Характерно, что совсем недавно я узнал, что любимое число Джорджа – 7, и что песню, которую он считал лучшей – он ставил на пластинке под седьмым номером. В общем, тут наши вкусы совпали: Stuck inside a cloud идет как раз под №7...