Мусор - это судьба. Глава 12. "Явка в полицию строго добровольна!"
Измученный разделкой куриных тушек, Кирилл плохо спал. Во сне он брёл по скользкой бледно-жёлтой с просинью равнине, покрытой бугорками. Периодически парень понимал, что идёт по куриной коже. Тут же раздавался хруст выкручиваемых суставов и сверкало лезвие ножа. Кирилл вздрагивал, просыпался, скатывался обратно в тягучую дрёму и оказывался на бескрайней липкой равнине...
В НЭУ Кирилл пришёл последним. "Золотой" грубиян Игорь посмотрел на замазанные консилером синяки под глазами и промолчал. Кир даже пожалел о его сдержанности. Поругаться хотелось просто страсть как!
Но первым начинать свару Кирилл не рисковал. Не в его неустойчивом положении. Старик так и не сказал, прошёл ли Кирилл стажировку...
- Кирилл, останешься после планёрки, тебе будет особое задание, - Исаак Соломонович оказался лёгок на помине. - Итак, друзья-волонтёры, конь-таки начал валяться по нашим делам. До конца месяца осталось больше декады, а необходимый минимум уже почти выполнен. Идём на рекорд! Но эта красивая картина маслом уже подпорчена. Ирмочка, если машин не будет и завтра, то вылетишь из волонтёров со свистом. Кажется, в твоей прелестной головке информация просто не способна задерживаться, каждый месяц тебе напоминаю об одном и том же!
Кирилл подумал, что этой ночью не один он плохо спал. Исаак Соломоныч был несчастен, устал и глумлив.
- Игорь, если платишь свалочникам, чтобы они выполняли твою работу, то хотя бы не скупись! Люди жалуются и почему-то мне!
- Кто ж его так достал, - вздохнул Николай и полез в задние ряды. Увы, так он только привлёк к себе внимание.
- Николай, Джон, Иосиф! Раз уж пьёте на рабочем месте, таки прячьтесь для приличия! Проверку накликаете!
- Да я однажды только, - с обидой отозвался Иосиф. - Мне экики всю душу вымотали, я заявку на содействие десять раз переписывал! Не дают адреса!
- Плохо просишь! - отрезал Исаак Соломонович.
Кирилл попытался вспомнить, в чём успел накосячить сам. Грехов за собой не нашёл и решил, что ему сейчас точно расскажут.
- Ася, к тебе претензий нет. Благотворительность привезут на следующей неделе, письмо я получил. Но не думай, что ты можешь пропасть с концами до осени! Волонтёр - это работа. Каждый день будь добра являться в офис и отмечаться. Возможно, со временем поручу тебе пропаганду.
Ася нехотя кивнула. Играть в волонтёров и злить этим дядю оказалось невесело. "Старый гондон" реально пахать заставит! Эти мысли читались на красивом личике и без электронной лупы.
- Оля, прикрепляю тебя к Кириллу, поможешь ему, как вернётся. На ближайшее время он твой подопечный.
Оленька не отреагировала никак, а Кирилл про себя выдохнул. Наставница, пусть даже такая серая и тихая, была кстати. Молодой человек только начал разбираться, что к чему.
Исаак Соломонович пропесочил всех находящихся в комнате. Каждому дал задание. И позвал Кирилла в свой кабинет.
- Чего хочет твоя мать? - прямо спросил старик.
Кирилл почувствовал, что закипает. Снова ему небрежно указали, что сам Кир ничего не стоит! Что он всего лишь мальчик на побегушках у матери!
- Она хочет, чтобы я пошёл в армию и не маялся волонтёрской дурью, - неприятно улыбнулся молодой человек.
- Она звонила мне, - Исаак Соломонович сел в кресло, махнул Кириллу на стул. - И вела странные разговоры.
Кир невольно посочувствовал.
- Это она почву прощупывала, - успокоил он старика. - Просто проверяла, чем вы дышите. У мамы небольшой пунктик, она любит всё контролировать. Вряд ли тот разговор будет иметь какие-либо последствия.
- Хорошо, посмотрим, - согласился Исаак Соломонович. - Хотя я уже начал прикидывать, что с тебя и твоей мамы можно поиметь.
- С меня - немного, - неприязненно ответил Кирилл. - С мамы побольше, но договаривайтесь и расплачивайтесь сами.
- Милава снова загремела в этическую полицию, - сменил тему старик. - Все ребята её уже по разу вызволяли. Твоя очередь. Считай это боевым крещением. Заберёшь её и возвращайтесь, мне эту проповедницу ещё воспитывать. Пропуск с собой?
Кирилл вышел из кабинета. Рассеянно поздоровался с Оленькой, протиравшей полы.
- Я за Милавой, - растерянно отрапортовал он. - Что делать-то надо?
- Да отпустят её, - Оленька выкрутила тряпку. - Только лекцию нравоучительную прочитают. Тебя попугать могут, ты новенький. На НЭУ штраф повесят, Исаак Соломонович поэтому и сердится. Денег и так мало, а за нарушения субсидию от министерства урезают. Иди, отделение возле метро во дворах. Найдешь.
Кирилл запустил приложение с городской картой, стал искать отделение этической полиции. Он шёл по коридору медленно, поэтому и сумел услышать кусок разговора:
- Чего с машинами тянешь? Соломоныч скоро решит, что ты и правда тупая!
- Ничего, пусть помучается, пусть попросит. Да кто он такой, чтобы я его команды выполняла?
- Смотри, устроишь родным неприятности...
"Это тебя не касается", - твёрдо сказал себе Кирилл и вышел из здания.
Отделение молодой человек нашёл легко. На входе предъявил пропуск эковолонтёра. Дежурный этик только вздохнул:
- Новенький? Забирай свою бесноватую. Только в двести пятый загляни.
Кирилл отправился на второй этаж. В двести пятом кабинете его уже ждали.
- Достала нас уже, - мрачно признался младший сержант. Двуглавый орёл, держащий щит с лотосом - символом чистоты, укоризненно косился на Кирилла с нашивки на плече этика. - Снова агитация без лицензии. Агрессивное вторжение в личное пространство - хватала прохожих за руки и одежду. Активное навязывание субъективных ценностей. Нецензурная брань в общественном месте, в том числе в присутствии детей. Негативизм. Оскорбление сотрудников полиции при задержании. На неё пять заявлений! У всех потерпевших справки о психологическом ущербе лёгкой степени. Поди разберись, она чего наверещала или начальник на работе разбранил. Но валят-то на проповедницу вашу!
Сержант втянул воздух сквозь зубы и бросил:
- Соломонычу передай: в следующий раз - закроем её за аморалку годика на три. Хоть отдохнём! Где он таких неадекватов берёт?
Кирилл открыл рот, закрыл, подумал, кротко спросил:
- Откуда забирать?
- Сейчас выдам, - сержант взял служебный униключ, нахлобучил форменную фуражку. - Целую клетку заняла, а у нас и так мест нет, всё под завязку. Вчера Россия Лихтенштейну продула, камеры расстроенными фанатами забиты. Не сажать же её к ним! Ещё вещать начала бы, а нам труп не нужен!
Милава была взъерошена и непокорна. Она сверкала очами, её грудь высоко вздымалась.
- Молчи, - приказал Кирилл. - Один штраф уже есть, лимит исчерпан. Соломоныч ждёт.
Милава, не проронив ни слова, прижала палец к служебному планшету, отмечаясь в получении изъятых при задержании вещей.
- Жди у выхода, - Кирилл не стал менять тон. Сержант одобрительно покосился.
- Штраф оплатить в течение десяти дней. Тыры-пыры, ты, красавица, выпускную речь уже раз двадцать слышала. Пока свободна!
Активистка направилась к дверям.
- Неплохо ты с ней, - одобрил этик. - Давай к нам! У нас вечно кадров не хватает, зашиваемся. Что тебе у чудиков время зря тратить?
- Подумаю, - отозвался Кирилл. - Я волонтёрить только начинаю, посмотреть надо. Что мне ещё? Расписаться или поручиться надо?
- Вы все у Соломоныча на поруках, - махнул рукой сержант. Хохотнул. - Ну, смотри! У нас явка строго добровольна!
Кирилл попрощался, догнал Милаву. Активистка взглянула на него едва ли не с ненавистью:
- И ты туда же! Прогибаешься под существующую систему! Пока люди держатся за замшелые представления о личных свободах и морали, планета так и будет утопать в грязи! Только массовая ответственность и отказ от индивидуальных интересов...
"Заявление писать не буду, - решил Кирилл. - Но психологический ущерб мне точно нанесён не лёгкой степени".
Милава не затыкалась всю дорогу до НЭУ. Кирилл впихнул её в кабинет к Исааку Соломоновичу и закрыл дверь. Вытер лоб. Пошёл в столовую, залил кипятком кофе-порошок.
- Могу тебя отпустить, - Оленька осмотрела измученного Кирилла с сочувствием. - Милава очень активная, с ней тяжело. Исаак Соломонович поймёт.
Кирилл нашёл в себе силы поблагодарить добрую девушку. В метро он дремал.
Повесть "Мусор - это судьба" (все главы).
Данный текст является авторской фантазией на тему жизни в XXII веке.
Все события и персонажи вымышлены.