А Новый Свет стоит. Универмаг тоже. Хотя, универмага-то как раз и нет. Сохранилось только здание. На первом этаже сейчас продукты, а второй этаж поделен между предпринимателями по маленьким клочочкам. Тесно, неуютно, как в сельской лавке: тут тебе веники, тут и вёдра, тут же одежда и обувь. Посмотрела, вспомнила, как совсем ещё девчонкой наводила здесь порядок, строго следила за соблюдением товарного соседства. Оказывается, можно и без этого. Ну, что ж, время такое. У нас оно прошло, там – продолжается.
В остальном же, посёлок не изменился. Те же улицы, те же трубы ГРЭС и градильни, те же дома, и кажется, что их количество не изменилось, осталось ровно столько, сколько было. Наверное, строительство не велось. Вот сквер, где мы гуляли, а вот дом, где жили. Грустно всё это. Словно частичка меня здесь осталась. Когда-то отсюда мы уезжали в Таганрог, в город, который полюбили, и который стал для нас родным на всю жизнь.
Интересно, как бы сложилась моя жизнь, если бы я осталась в этом посёлке. Мне благодарить надо моего врага Москалёва за то, что повлиял на мой отъезд или наоборот?
Потом была педагогическая работа в Таганроге. О, как я радовалась, что буду работать в педагогическом коллективе! И как разочаровалась, узнав, что педагогический коллектив это не то, как его я себе представляла. Тем не менее, я любила свою работу и отдавала ей много времени и сил. С гордостью вспоминаю, что именно моя инициатива и мои усилия привели к тому, что училище поменяло профиль из строительного в торгово-кулинарное. И меня не волнует, что ныне работающие сотрудники не помнят об этом, или не знают.
Из старых работников осталось не так уж и мало преподавателей и мастеров производственного обучения. По прежнему работает, теперь уже не мастером, а старшим мастером Галина Александровна Виноградова. Значит, в училище не так уж и плохо. Галина Александровна – молодец! И сама работать может, и с подчиненных спросить тоже умеет. Санька-директор, который боролся со мной за директорское кресло, умер, наверное, от переизбытка чувств, в тот торжественный момент, когда его поздравляли с назначением на эту должность. Честно говорю: смерти ему я не желала, но, видимо, Бог знал, за что наказывал. Сразу после его смерти бразды управления передали Любовь Григорьевне Шатун, человеку безынициативному, малообразованному и совершенно не обладающему организаторскими способностями. И, удивительное дело, она до сих пор директорствует! Видимо, именно такой человек там был и нужен.
А вообще интересно, как тупые недалёкие люди могут держаться за своё место! И примеров тому много, не только Шатун. Ещё могу привести пример долгожительства начальника Морской администрации порта Таганрог. Когда в 1996 году порт поделили на АО и Морскую администрацию, начальником последней поставили мало кому известного, совершенно никчёмного человека. Удивлялись многие, а он, раздувая щёки, все годы показывал свою значимость. В результате, трудно назвать порт, где назначенный первоначально начальник администрации продержался до сих пор. Во многих портах менялись даже не один раз. А этот – сидит! Тупой, тупой, а знает, как удержаться! Также и Шатун.
Анатолий Иванович Куровченко умер, недоработав до пенсии, а последние годы своей жизни сильно болел и даже ослеп. Собственно, из-за него я ушла из училища со строгим выговором с занесением в учётную карточку, но обиды на него нет. Есть жалость. Это был, по настоящему, несчастный человек. Его никогда никто не любил, о нём никто не заботился, ему никто никогда не делал приятное. А он так хотел внимания! Ну, хоть чуть-чуть. Играя на этом, Санька-директор, использовал его. Но, разве мне можно их судить? Их уже нет.
Я не захожу в училище, даже, если прохожу мимо. Не могу! Слишком дорогим оно было для меня.
После него, свою работу в порту я долгое время не воспринимала, как настоящую. Я готова была уехать куда угодно, лишь бы заниматься там педагогической работой.