Каждый день ветра на этой просторной улице устраивают свои ежеминутные прогулки во все стороны света. Даже сейчас, надо мной, колыша выцветающую листву, теплой походкой осматривает владения Нот.
О, моя дорогая подруга. Позволь рассказать тебе об одном из смертных, чья сила сравнима с богами. Его имя прошло сквозь века с падения Трои, сменяя поколения, сменяя облики, оно осталось неизменным. Имя его – Эол, как и имя всех его предшественников. Будучи смертным, но не по людским меркам живущий, он коротает уже первую треть второго столетия.
С ним никогда не был знаком, но мне довелось наблюдать за одиноким полубогом еще в его юные годы. Тогда отец его учил управлять, давать курс и распределять силу ветров в разных уголках мира. Под присмотром он быстро овладевал веками выточенными навыками.
Но смерть отца, Мойрой перерезанная нить, пошатнула оставленного наследника. Переживая утрату своего друга, могучие ветра сменялись в беспорядочном хаосе: где гремели тайфуны – стоял штиль, в морях Эфир поник, встречаясь с Нотосом, вызывая бури, в сухих пустынях находил себе покой Борей.
Сбитый с ног потерей, видя, как не справляется со своей задачей, молодой Эол отказался от своего звания, данного Зевсом, распустив ветры по всей земле.
В те дни страшно было подумать, что какой-нибудь проходимец оказался бы на пути у свободных ветров. Ступая мимо домов, вслед за несущимся Эвром, о чьем существовании быстро забыли в минувшие века, когда он скрылся в горах, я слышал, как люди звали богов, прося о пощаде даже у Зевса. Но боги глухи к просьбам. Свободные ветры стали свободны на грани морали. Первым Эвр пришел в спокойствие, спустя время. Он остановился, когда мой путь в лабиринте зданий подошел к концу. Его петляющие рывки вокруг небоскреба взмыли вверх, к самому пику здания. Мне не стоило труда подняться за ним, но я воспользовался лифтом. Когда я добрался до крыши, то застал Эвра на середине разговора с Эолом. Они не замечали меня, так что я устроился неподалеку от них на каком-то выступе. Голос Эола звучал тихо и однотонно, заставляя ветер почти не двигаться, чтобы расслышать его. Их разговор касался обязанностей каждого ветра и прервался, когда оставшиеся ветра спустились на крышу. Они слушали спокойно, не перебивая и не споря с Эолом, чьи глаза видели, словно глаза каждого из них, сколько бед они совершили. Даровав им свободу сроком на несколько лет, придя к правилам и порядкам, Эол разошёлся с ветрами.
Все эти годы изредка я наблюдал за одиноким полубогом. Его пустая квартира никогда не была заполнена больше, чем одним человеком. Замкнутый в себе, наследник своих предков, целыми днями скитался по миру, иногда возвращаясь к себе в дом, чтобы снова его покинуть. Встречаясь с ветрами, он не проронил за все эти годы ни слова. К концу соглашения Эол не выходил из дома несколько дней. Я бы мог спокойно зайти к нему и посмотреть, чем он занят, но нормы приличия не позволяли мне этого сделать. И, если честно, мне было не до него. Из-за навалившихся на меня проблем, ты, конечно, слышала при жизни эту историю, я не смог находиться рядом и слушать, что говорили ветра и владыка над ними. Но я знаю, что он обрел власть над собой через какое-то время. Он стал холоден сердцем и жесток в поступках. Но я вижу: скоро у него родится наследник, что станет новым правителем.