...Хая говорила, что к сорока годам человек начинает осознавать: как одиноким он родился на свет, так одиноким и уйдет. И держала на книжной полке фотографию птички неведомого вида, с тоскою глядящей через окно на большой мир за стеклом. Птичка была славная... А жизнь Хая прожила долгую и прекрасную. Но всему приходит конец. В последнюю неделю жизни, которую стремительно съедала агрессивная болезнь, Хая часами лежала на больничной койке, отвернувшись к стене. Ни редкие посетители, ни даже дочь - мужественная женщина, не умевшая выразить словами свою нежность к матери - не знали, в сознании она или нет. Для некоторых визитеров в свою последнюю неделю Хая была без сознания всегда. Этих, скорее всего ни в чем неповинных перед ней, но почему-то утомивших за годы общения людей, она не удостаивала даже скупым приветствием, пользуясь правом умирающего расходовать последние крохи жизни по своему усмотрению. По счастью, большинство из них так никогда и не догадалось о последнем обмане.