"Алисии Беренсон было тридцать три, когда она убила своего мужа", - так начинается дебютный роман Алекса Михаэлидеса.
Жизнь Алисии могла бы показаться идеальной. Она унаследовала значительное состояние от отца, это позволило ей заниматься живописью, и весьма успешно. Семь лет Алисия состояла в счастливом браке - до тех пор, пока не всадила пять пуль в лицо своему мужу. И никаких объяснений, никаких оправданий - на протяжении последующих шести лет Алисия не произнесла ни слова.
"Она не ответила ни на один из вопросов. Она не могла и не хотела говорить. Алисия не заговорила и тогда, когда ей огласили обвинение в убийстве Гэбриэля. Она молчала, когда ее взяли под стражу. Алисия отказывалась отрицать свою вину или признавать ее».
Почему же сейчас психотерапевт Тео Фабер считает, что может вылечить такую трудную пациентку? Почему он решил, что добьется успеха там, где потерпели поражение более опытные специалисты?
Главное достоинство романа — хорошо прописанные характеры двух главных героев. К сожалению, остальным персонажам отведено место статистов или хора в древнегреческой трагедии — а к античным образам и мифологии автор будет возвращаться еще не раз в течение этой истории.
Что ж, для дебютного романа получилось совсем неплохо. Но если читатель любит психологические триллеры, и это не первая книга такого рода, то он, скорее всего, догадается, где искать разгадку этой истории.
Но книга и в самом деле очень кинематографична. Это практически готовый сценарий, причем с прекрасной психологической подоплекой — у него есть все шансы стать отличным триллером, если на главную женскую роль выбрать актрису, которая практически весь фильм не будет произносить ни слова.
И пару цитат напоследок.
"... Как часто мы принимаем серьезное чувство за "фейерверк" - из-за разрушительных острых ощущений. Мы забываем, что настоящая любовь приносит покой и умиротворение. Человеку, живущему страстями, подобное затишье может показаться скучным. Любовь глубока, спокойна - и постоянна."
«Убийственная ярость, гнев, доводящий до преступления, – не сиюминутные явления. Все это появляется еще до памяти, в далеком мире детства, где насилие и жестокое отношение, которые взрослые вправе причинять маленькому ребенку годами, копятся, пока не происходит взрыв, зачастую направленный не на ту цель.»