Почему ЛЕНИ не существует!

Толковый словарь Даля говорит нам, что лень — это «неохота работать, отвращенье от труда, от дела, занятий; наклонность к праздности, к тунеядству». Интересно, что здесь лень рассматривается сразу в двух смыслах: как поступок или временное состояние, когда человеку не хочется работать, или как постоянная черта характера — если человек склонен к ничегонеделанию.

Тем не менее психология относится к лени совсем по-другому: она считает, что это не чувство и не качество характера, а социальный конструкт. Есть базовые эмоции — страх, грусть, гнев и радость, — которые едины для всех высших млекопитающих, и ощущаем мы их приблизительно одинаково. Но такого чувства, как лень, не существует — есть чувство усталости или состояние апатии, есть агрессия, которая может выражаться в нежелании что-то делать (то самое «отвращение к труду»). Качества характера «ленивый» тоже нет — с его помощью мы описываем людей, которые не хотят делать что-то, что они, по нашему мнению, должны. Даже если говорим о самих себе.

Откуда взялась лень

Обычно о лени нам впервые рассказывают родители или учителя. Ребёнок может узнать, что он «ленив», в разных ситуациях: например, когда он, по мнению старших, недостаточно энергичен — то есть апатичен и вял. Здоровый ребёнок действительно должен быть активным, поэтому вялость — это и правда повод для беспокойства. Но в этом случае лучше обратиться к врачу или психологу, а не клеить ярлыки.

Второй и, наверное, наиболее частый вариант — когда ребёнка не интересует то, что его родители считают полезным и нужным: «Ленишься убрать комнату», «Ленишься делать уроки или писать прописи», «Ленишься навестить бабушку с дедушкой». За нежеланием делать что-либо может стоять сотня разных причин — но так как родители считаются непререкаемым авторитетом, а говорить с ребёнком о его желаниях и чувствах в нашей культуре пока по-прежнему не принято, любое неподчинение принято списывать либо на плохое поведение (когда ребёнок активно бунтует), либо на лень (её считают пассивным бунтом).

Вырастая, мы привыкаем к этой концепции и начинаем описывать через неё себя и других людей. К сожалению, идея «лени» мешает нам разбираться в собственных чувствах, мотивациях и даже отслеживать физическое состояние: внезапная апатия, которую мы по привычке окрестили ленью, при обследовании у врача может оказаться начинающимся бронхитом, сниженным уровнем гемоглобина или беременностью. Понятие лени может привести к тому, что мы начинаем давить на себя. Сравните: фраза «Я сопротивляюсь этому» наводит на дальнейшие размышления, побуждает разобраться, что происходит — чему я сопротивляюсь, в чём причина? Что мне в этом не нравится или не близко? А слова «Я ленивая (ленивый)» подразумевают морализаторский взгляд. Лень здесь — это «порок», который необходимо искоренить.

К психологам или коучам нередко обращаются примерно с таким запросом: «Как мне начать десятый проект, когда предыдущие девять измотали меня до состояния полутрупа?», «Я сплю четыре часа, работаю по двенадцать часов без выходных и никак не могу начать заниматься французским. Я ленивый, да?» Разумеется, лень тут ни при чём. Человеку, уставшему до полусмерти, не помогут никакие приёмы самомотивации. Его проблема скорее в том, что он не может перестать считать себя всемогущим киборгом и признать себя живым человеком с потребностью в отдыхе, ничегонеделании и развлечениях.