Около полуночи. Мы решили дождаться своих товарищей на вокзале. Но все пошло не так, как мы хотели. Как только часы пробили 12, нам велели покинуть помещение. Мы пытались перемещаться с места на место, не вышло, выгнали. Оказались на улице. Беспощадный холод... непроглядная ночь. Куда идти? Что делать? Взяли свой багаж и пошли. Сами не знаем, куда. Пока мы так ходили, в одном месте нас остановил городовой. Осматривая наш багаж, он спросил: «Вы чего с таким багажом по ночам ходите?» Мы спросили у него, где номера. Он, недоверчиво глядя на нас, объяснил, как дойти до ближайших номеров.
Мы подошли к парадной и нажали на звонок. Дверь открыли, нас оглядели с ног до головы, увидели пеших людей с большими свертками, сказали: «Номеров нет» и заперли дверь. Так мы обошли несколько номеров. Везде та же история. Пока ходили, мы так продрогли, я больше двигаться не могла. За мной и Фатыма сдулась. Третий наш товарищ говорит: «Вон, там горит какой-то свет… Попробуем постучаться туда, может пустят». Когда дошли, увидели дешевый кабак. «Конечно, не очень хорошо вам сюда заходить. Но и не зайти мы не можем. Иначе сдохнем от холода», – сказал наш товарищ. В ту минуту нам было абсолютно все равно, мы почти погибли.
Войдя, мы сели за один из столов. Там мы с Фатымой прорыдались. Затем наш товарищ сообщил нам, что нас могут выгнать, если мы ничего не купим и на те самые 15 копеек принес нам три стакана чая. Вот, где пригодились его 15 копеек! Напившись этого чаю и согревшись, Фатыма положила голову на стол и, продолжая плакать, уснула. В этом кабаке было очень много пьяных студентов. Из них кто-то пел, кто-то плачет, кто-то задирает кого-то. Глядя на них, я увидела, что и эти люди недовольны своей судьбой. «Почему этот мир так жесток?», – спросила я своих попутчиков. «Да, неприглядных сторон у жизни больше», – ответил мне товарищ.
Я задумалась, глядя в одну точку, и передо мной возникли наши товарищи, которых сбросили с поезда. У кого-то сломана нога, у кого – перевязана голова, в общем, страшные картины. Я от волнения вцепилась в руку нашего товарища, он начал меня успокаивать, дал мне газету, чтобы я отвлеклась от дурных мыслей.
Так мы просидели там до 5 утра. В это время кабак закрывается, нас также попросили уйти. Мы снова взяли свою поклажу и пошли на вокзал. Потому что мы должны были найти своих товарищей. Ждем, прибыло уже много поездов, а наших все нет. В таком ожидании мы пробыли долго, а друзья прибыли только в 2 часа дня.
– Вас не арестовали? – говорю. А они только смеются:
– Нет. Кто нас арестует, и трех дней не проживет.
Когда мы собрались вместе, от прежних тревог не осталось и следа.
– Волжская, ты, верно, голодна. Сейчас я куплю тебе что-нибудь в буфете, – сказал мне Кудашев и ушел. Он дал мне одну слойку и одну котлету. Я разделила их на мелкие кусочки и раздала всем своим товарищам.
Кудашев нашел нам комнату, мы, наконец заселились в квартиру.
(продолжение следует)