Елена кажется мне человеком практичным и твердо стоящим на ногах. Кажется, никакие чрезвычайные события не могут выбить ее из колеи, пустить рябь по прозрачному и крепкому, как алмаз, зеркалу ее жизни.
Ей 49 лет, родом из Костромы. Она всегда много работала, причем в самых разных сферах. Например, первым местом работы Елены была служба в армии, она была телефонисткой. Потом Елена много раз работу меняла, искала себя, но и эти перемены ее не пугали, а скорее закаляли – была и официанткой, и парикмахером, и бухгалтером, и администратором в стоматологической клинике, и даже держала точку зоотоваров. А когда работы не было, смело вставала на биржу труда, говоря самой себе: «Все будет хорошо, что я, работу не найду что ли? Найду». И находила.
Елена воспитала двух сыновей – старшему 24 года, младшему 16 лет. И тоже всегда учила своих мальчиков реагировать на жизненные тревоги со спокойствием и выдержкой. Они и выросли самостоятельные, смелые. Старший уже работает, младший собирается поступать в колледж МЧС, занимается спортом.
В общем, когда в жизни Елены случилось нечто совсем уж чрезвычайное: рак, лимфома – она будто была к болезни готова и приняла ее с завидным спокойствием.
Елена говорит, что свою болезнь даже предчувствовала. За три года до диагноза собралась стать донором плазмы крови. Пришла, сдала анализ, а в центре крови ей сказали: «Вы нам не подходите, слишком низкие лейкоциты в крови». Посоветовали пройти обследование. Елена обследовалась потом несколько раз, рак не выявлялся, но что что-то в организме идет не так как надо, она чувствовала. А потом, спустя три года, сделала флюорографию, и оказалось, что опухоль в средостении уже 16 сантиметров.
«Справлюсь, вылечусь», – сказала она себе. Собрала вещи, приехала в Москву, в онкологическую клинику на консультацию и сразу осталась на госпитализацию.
Мальчикам позвонила и сказала: «Поживете без меня немного? Рак – это такая штука, придется лечь в больницу. Но не страшно: я просто буду долго лечиться, а потом вылечусь, так и знайте». И еще попросила: «Не переживайте, никаких слез и соплей. Все будет хорошо».
Они поверили и если звонили, то по телефону о плохом не говорили – сказано, все будет хорошо, значит так. Шутили: «Выздоравливай скорее, мам, а то мы без тебя тут помрем с голоду». И когда Елена приезжала домой между курсами химиотерапии, в квартире всегда было чисто. Никакого мусора и гор немытой посуды. Хорошие сыновья выросли, помощники.
К химиотерапии Елена тоже готовилась заранее, не оставляя на авось возможные осложнения. Когда-то она ухаживала за больным свекром и видела что такое химиотерапия, что она может сделать с человеком. Так что Елена подошла очень практично: заранее купила питательные коктейли на случай, если не сможет ничего есть из-за сильной тошноты, приготовила таблетки на возможность осложнений. Но в результате переносила химию нормально – тяжело, конечно, но вовсе не так, как ожидалось.
Казалось бы, все не так плохо, и даже рак – страшная, смертельная болезнь – не выдержав выдержки Елены, сдастся. Действительно, после шести курсов химиотерапии опухоль уменьшилась вдвое.
И вот теперь Елена сидит передо мной в кафе – красивая, элегантная, будто праздничная. Она рассказывает про свою жизнь и про свои мечты: поехать на Урал, проплыть по горным рекам на байдарке, прыгнуть с парашютом. Это, конечно, немного непрактично – прыгать с парашютом, но вполне объяснимо. Как же еще праздновать победу над раком человеку, который готов ко всему? Разве что в небе.
Елена молчит только об одном. О том, что после химии ей необходима лучевая терапия. Сразу же. А квот на нее нет. И вот это обстоятельство, как бы она того ни хотела, как бы не старалась оставаться невозмутимой и сильной – не во власти Елены.
Без лучевой терапии все лечение будет напрасно, опухоль вырастет снова, она ведь не исчезла окончательно.
И Елена молчит. Не знает, как об этом сказать. Поэтому тут я скажу за нее: Елене очень нужны деньги, чтобы добить рак, вернуться к своим мальчикам и снова жить спокойно.
Отзовитесь, пожалуйста. Потому что оплатить лучевую терапию – в нашей власти. Разве не здорово?