Очень стараюсь отделять творчество от личности. Хоть не всегда получается. Вот может быть, Филипп Киркоров – отличный певец, который нравится миллионам. Его песни поют пьяные девицы в караоке, его концерты собирают полные залы. Но при этом Киркоров – это человек, который умудрился скомпрометировать себя скандалами с Ароян и Яблоковой, что лично у меня вызывает омерзение, даже годы спустя.
С другой стороны, как говорила моя учительница по физике, «лучшее свойство памяти – забывать». Потому в нашей стране можно набедокурить по полной программе, а потом перекантоваться где-нибудь в израильской больничке с полным пансионом и выйти сухим из воды. Этакий «Эффект Пэрис Хилтон».
Этот приём на себе многократно испытывала Ксения Собчак, которая из блондинки в рвотных массах превращалась в «интеллектуалку» и ручную оппозиционерку в стильных очках, потом многократно меняла свою позицию, заигрывая то с одними, то с другими. И при этом, кажется, вполне себе осталась рукопожатной для обеих сторон.
Теперь эту тактику решил использовать Константин Богомолов, который за последнюю неделю дал сразу два повода поговорить о смене своего политического и гражданского курса. Сначала он нацедил сквозь зубы достаточно аккуратное интервью, в котором деликатно обходил политические вопросы и то, почему ему доверили руководство Театром на Малой Бронной. Однако стычка с Сергеем Пархоменко и дальнейшие перепалки в сети показали какую-то не то слабость характера, не то слабость ума режиссёра.
Во-первых, зачем нужно было соглашаться на этот радиоэфир, если знаешь, что таким образом направишь на себя достаточно пассионарную и авторитарную оппозиционную аудиторию? К тому же именно эта аудитория во многом пересекалась с аудиторией самого Богомолова, слепо следуя за его провокационными постановками – от театра к театру, от площадки к площадке…
Можно, конечно, рассматривать какие-то эксцентричные версии, мол, на режиссёра давят, поэтому он так старательно выгораживает власть и шаг за шагом противопоставляет себя той оппозиционной тусовке, на которую он еще недавно работал. Или это очередная провокация Богомолова, которому, по примеру Собчак, всё равно на чём раздувать свою популярность. А потом всё забудется, простится. И все будут радостно жить-поживать да бабла наживать.
На мой взгляд, приёмы, которые КБ многократно использовал в театре, а теперь решил, что «его сцена – весь мир», уже в зародыше показывали пренебрежительное отношение режиссёра к тем, кто приходит на его спектакли: от ленкомовского «народ – быдло», которое нам, как «нате», бросали со сцены в течение нескольких минут, до МХТ-шных «фуёв» и «лядей», тянувшихся пять с половиной часов безо всякой надежды на появление смысловой нагрузки.
И лично я перестал ходить на спектакли Богомолова, когда окончательно уверился в том, что, кроме провокации, там нет для меня ничего ценного нет. Другое дело – люди, которые с упоением бегали на все его слепленные на скорую руку постановки и рукоплескали каждой попытке прочистить горло в стенах Электротеатра, считая, что это – гениальная задумка режиссёра.
Мне в этой ситуации интересно, почему так горячо восприняла склоку Богомолова и Пархоменко политически настроенная аудитория и так вяло – театральная? Или это просто прошло мимо? А может, только у меня в ленте так… Или тут, как с Киркоровым, можно нести любую чушь, а талант всё «отмоет»? Что думаете по этому поводу? Хотелось бы каких-то содержательных мнений. Главный вопрос: повлияла ли на ваше восприятие творчества КБ смена его политического курса?