Это такая личная история
Летом 1994 года я был бедным студентом четвертого курса Физтеха, и август, по доброй традиции, провел в назовем ее условно Экспедиции в одном прекрасном городе Русского Севера.
Опять же, по хорошей традиции, свои транспортные проблемы каждый из участников Экспедиции решал самостоятельно. Ну, как бы и не только москвичи были, и в разное время разъезжались и по разным маршрутам, некоторые и дальше в странствия отправлялись, а не сразу домой...
Короче. К концу моего срока в полный рост встал вопрос с обратным билетом. Ну, то есть - понимаете: экспедиция, романтика, песни у костра, вшестером по одному билету, третьи полки плацкартного вагона и всю ночь стоя в прокуренном тамбуре - это нормально, и я так ездил, и без проблем... Но рисковать было нельзя по одной простой и в то же время очень важной причине: никак не можно было опоздать на прощальный матч Федора Черенкова. А весь арсенал условного «автостопа» - как бы не гарантирует исходя именно из временных рамок.
Делать нечего. Отправился в контору под названием «Трансагентство». Интернетов тогда не было, и вот Трансагентство в какой-то степени его заменяло: тетка по какой-то секретной телефонной линии звонила на вокзал в Вологду и бронировала билет...
Причем – только купе. Денег и так было мало, считай, и вообще не было, на портвейн-то еле-еле наскребалось по вечерам. А тут – купе, вместо плацкарта.
Ну и потом – купе для заслуженного участника Экспедиции, это как бы сказать... братья по оружию насмехались и называли мажором, дескать, продался, о мирских благах начал думать вместо чтоб о небесных... но я стерпел.
А уже в Вологде ждал еще один неприятный сюрприз. Оказывается, куча бабок, которую я за билет в Трансагентстве вывалил – это еще только типа «бронь» и «частичная оплата»! И еще сколько-то рублей надо отдать!
У меня двадцатка баксов была чуть ли не зашита в дно рюкзака, ну, типа, совсем уж на крайний случай и черный день. И вот этот случай настал, пришлось вынимать.
А ее же еще на рубли надо обменять. А самый разгар «лихих девяностых», в Вологде чуть ли не один-единственный обменник на весь город, в самом центре, на лютом пафосе, и охранник такой шкафоподобный... и тут я, из Экспедиции, с рюкзаком, на образе «Курт Кобейн жив!» и с мятой двадцаткой баксов в руках... пускать не хотели. Но пришлось.
В общем, я успел. ЭТО – никак нельзя было пропустить.
Да, двадцать пять лет уже минуло...
23 августа 1994 года