Отец. Папа. Папочка. В своей истории жизни я обязательно найду применение каждому из этих обращений к своему отцу и, безусловно, вспомню и расскажу пару – тройку теплых историй про нас. Но… Так уж случилось, это «но», тоже есть часть моей жизни, та часть, которая повлияла на мое отношение к окружающему меня миру, в целом, и к мужчинам, в частности. Рассматривая и исцеляя очередной слой своего мироощущения я, неминуемо, пришла и к теме «Отец» и неслучайно встретилась со статьей психолога Александра Ткаченко. Через прочтение его опытного и чуткого видения ценности и значимости отцовского влияния на жизнь ребенка, я окунулась в разговор с собой, а именно, той самой маленькой девочкой, девушкой - подростком, взрослеющей женщиной память которых непрерывно связана сквозь время и пространство затянувшимся вопросом: «Где ты был, когда так нужен был?».
По мнению психолога:
«На биологическом уровне отец и мать в равной степени участвуют в появлении нового человека. Каждый из них дает ему свою часть хромосомного набора. Но потом матери необходимо проводить с ребенком существенную часть своей жизни, вынашивая и вскармливая его. А отец, поделившись своим генетическим материалом в зачатии, далее с ребенком физиологически никак не связан. Его связь — лишь эмоциональная и морально-нравственная.
К маминому запаху, к нежности ее кожи, ко вкусу ее молока ребенок привык с момента рождения. Но когда он ощупывает колючие щеки папы, когда слышит его низкий голос, ощущает бережную силу его ладоней, это — опыт совсем иного общения. Знакомство с отцом — это соприкосновение с миром, в котором кроме мамы есть еще множество самых различных объектов, процессов, пространств. И от того, каким будет этот первый опыт соприкосновения с внешним миром через отца, будет зависеть вся последующая жизнь маленького человека.
В нормальном развитии, отец — его заботливый и любящий проводник в этом мире. Именно он помогает ребенку осваивать все новые и новые горизонты, чувствуя себя под надежной защитой»
После прочтения этих слов, я до сих пор чувствую внутри себя тонкую, тихую, едва проникающую сквозь взрослую стойкость печаль маленькой девочки. Я помню, как он держал меня на руках, как гордился мной, когда у меня получалось маленькими ножками устоять на его вытянутых руках. Я помню его небритую щетину и громкий смех. Я помню его слова в расслабленном алкогольном состоянии: «Ты самая моя любимая девочка…». И это для меня было пределом счастья. Но… Опять это гребаное «но»… Я помню и как я последней в яслях ждала прихода папы, как темнота натужно надвигалась на меня из огромных окон… Мне было жутко страшно и одиноко. Он пришел, но чувство незащищенности перед этим миром за окном осталось.
Вспоминать можно многое… громко или потихоньку, со слезами или усмешкой. Одно точно, что все это чувства и образы той самой маленькой девочки, которая нуждалась в защите и опоре своего отца. Мог он или не мог дать эту защиту… об этом можно рассуждать, искать объяснения и смыслы если не бесконечно, то достаточно долго.
Я для себя решила идти другим путем, я приняла решение взрослеть. Стать тем самым взрослым, который так необходим моей внутренней девочке и по сей день.
Моего отца не в силах переделать, не вижу смысла и переписывать весь травмированный опыт, в котором защитника – отца не было. Но в моих силах поблагодарить отца за все, что он смог сделать для меня, взять за руку мою маленькую девочку, сказать ей: «Теперь я с тобой всегда», - и отправиться в увлекательный мир новых событий и открытий под названием Жизнь.