«Сибирь в древности» уже гуляет по улицам. Как археологические находки стали основой для...
О чём молчит клад
Так совпало или духи места этому способствовали, но находку клада как будто кто-то наколдовал. В отделе развития музея работали над сувенирной продукцией для продвижения экспозиции «Сибирь в древности». Советовались с археологом, главным научным сотрудником НГКМ Сергеем Росляковым, просили подобрать изображения. Символы и образы черпали из уже имеющегося фонда — фигурки зверей, птиц и человека. Дизайнер Елена Безуглова переводила их в графические символы. И всё было практически готово, понятно и выверено. Но, всё-таки, будто чего-то не хватало — последнего штриха, ощущения, дыхания. В этот момент, должно быть, и сложилась благоприятная ситуация, чтобы в 200 километрах отсюда Сергей Росляков и его археологический отряд нашёл клад.
Не горшочек с золотом, закопанный в укромном месте, а настоящий научный клад — 160 предметов бронзового культового литья. Такой мало поднять, хотя это само по себе открытие. Самое главное начинается после — нужно сделать так, чтобы он «заговорил». Предметы, найденные в селе Верх-Сузун Сузунского района, датируются эпохой раннего средневековья — VI—VIII века. Если европейское средневековье хорошо изучено, то наше южно-сибирское — сплошная загадка.
— Как складывались этнические отношения и движение народов в это время — мы можем судить об этом только по нашим находкам, письменности не было. Наш регион является пограничной территорией разных культур, которые здесь встречались и как-то взаимодействовали, — рассказывает Андрей Шаповалов, директор Новосибирского государственного краеведческого музея, археолог. — Новосибирская область — зона лесостепи, на нашу территорию имели доступ и жители юга, и жители лесов — таёжной зоны. Средневековье для Южной Сибири — это время тюркских каганатов. Поэтому среди наших археологических памятников много связанных с тюрками. При этом на нашей территории проживали местные народы — были ли это угры или они говорили на языках самодийской группы — нам неизвестно. Этих памятников значительно меньше, и предметный ряд их беднее. Мы находим также погребальные памятники таёжных народов — например, кулайской культуры: небольшие фигурки птичек, рыбок или ящериц, при этом они изображены в шлемах и кольчугах.
На путях живых и мёртвых
Археология как системная наука на территории Новосибирской области появилась только в 1950-е годы. К тому времени, когда здесь стала складываться своя археологическая школа, было много случайных находок, разрозненных предметов, которые не могли рассказать ни о себе, ни о людях, ими пользовавшихся. Большая часть археологических памятников к этому времени уже разграблена или в буквальном смысле перепахана.
— В 2017 году мы исследовали археологические памятники и выбирали, что бы покопать, — рассказывает Сергей Росляков, который каждое лето получает открытый лист на раскопки и выезжает с отрядом, чтобы пополнять фонды НГКМ. — Выверяя маршрут, по которому когда-то ходил академик Вячеслав Молодин, мы сместились чуть в сторону. Обследовали небольшой участок и наткнулись на неглубокие впадины — остатки древнего поселения. Там была лесозащитная полоса и норы грызунов, где мы и нашли пару предметов из будущего клада. Потом уже заложили раскоп и получили ещё несколько предметов, а в 2018 году провели раскопки и подняли больше 100 предметов.
Поскольку место это находилось на старой пашне, часть предметов уже растащили плугами и тракторами. В монолитном когда-то кладе нет украшений, всё это предметы культа из древнего святилища. Кто были эти люди, откуда пришли и куда делись? В этом кладе слишком много загадок. Но совершенно точно — эти люди не были лишены крыльев, их взгляды устремлены в небо, они почтительны по отношению к природе.
Если вам интересны подробности, читайте полную версию текста на сайте газеты «Ведомости» , где я работаю.