О них "Волжской коммуне" рассказал Николай Огнев, 25 лет работающий часовым на вышке в исправительной колонии №10. Часовые следят за тем, чтобы никто не нарушал установленный порядок, не пытался сбежать или, наоборот, попасть внутрь. Но за почти 70 лет существования десятой колонии случалось всякое.
До того, как система ФСИН создала собственную службу охраны, порядок в колониях обеспечивали солдаты-срочники. Как-то, еще в 80-е заключенный ИК-10 ночью залез на крышу одной из построек, по ней пробрался до первого поста, спустился в караульный дворик. Все солдаты в это время в шахматы играли. Дверь на свободу запиралась на щеколду. Осужденного хватились пару часов спустя, но быстро нашли - спрятаться в то время в округе было негде.
Колония №10 находится в границах поселка Волжский, посреди соснового бора. До населенного пункта можно дойти пешком. Николай Огнев так и делает - для здоровья полезно.
«Я заступил на службу в декабре 1994-го. В то время с работой было тяжело, а я узнал, что в ИК набирают сотрудников по контракту, - вспоминает Николай Огнев. - Меня спросили: если кто-то сбежать попытается, хватит ли воли, чтобы выстрелить на поражение? Я сказал, что долг свой выполню. Рад, что приходилось делать лишь предупредительный выстрел в воздух».
По словам Огнева, за четверть века службы он сталкивался только с перебросами. Вот случай: ночью подъехала машина, из нее выскочили двое мужчин. Один из них бросил через забор сверток, к которому была привязана зажигалка с фонариком, чтобы было видно направление полета. За «посылкой» пришли трое «сидельцев».
Николай Юрьевич нажал тревожную кнопку, крикнул «Стоять!», после чего сделал выстрел в воздух. Осужденные поняли, что их засекли и убежали. А часовой показал дежурным, где лежит сверток. Внутри нашли запрещенные предметы. Осужденных, которым они предназначались, быстро нашли и наказали.
«Когда я пришел сюда, тут было около 2500 осужденных и около сотни человек персонала, теперь - менее 300 «подопечных», человек 50 сотрудников. Есть видеокамеры - техника значительно облегчает работу, но человека, конечно, не заменит, - считает Николай Огнев. - В 90-е наша вышка представляла собой небольшое помещение из дерева, обитого железом, окошки были одностекольные. Зимой, когда стекла замерзали, их протирали солью. Сейчас дежурить комфортнее: стоят стеклопакеты, окна открываются на три стороны, внутри - кондиционер, два обогревателя».
Да и осужденные уже не те. В былые времена выдумки самарцев «гремели» на всю страну, некоторые случаи стали хрестоматийными - их до сих пор студентам вузов ФСИН рассказывают.
К примеру, про мужчину, который построил огромную катапульту. С ее помощью он несколько раз попробовал перекинуть мешки с цементом через забор колонии. Мешки были по весу примерно, как он сам, и приземлялись удачно. А заключенный погиб: не рассчитал траекторию и на огромной скорости ударился о стену.
Другая творческая личность в 90-е пыталась... улететь на бензопиле: заключенный приделал к ней пропеллер и взлетел. Только вот как двигаться вперед - не придумал. Сотрудники колонии стояли и ждали, пока в «вертолете» бензин кончится, чтобы вернуть изобретателя с небес на землю.
На службе Николай познакомился с будущей женой: она – оператор поста видеоконтроля, наблюдает в мониторы за территорией учреждения. Пользуясь случаем, часовой шлет жене воздушные поцелуи, не теряя при этом контроля за ситуацией в колонии.