И еще один случай все в том же отделении гинекологии. Всплыл в памяти почему-то на днях...
В нашу пятую палату утром привезли девушку лет 23-х. Она молча плакала, присев на краешек койки. В руках судорожно сжимала пакет с вещами. испуганно оглядываясь на дверь. Мы,одичав от скуки больничной жизни, вчетвером таращились на новенькую. Я то и дело засыпала от слабости после операции, и пропустила момент, когда за ней пришла медсестра и увела. Проснулась, когда девушку на каталке привезли и переложили на кровать.
Ее голова болталась, как у птицы подбитой, бледная лежала, как Пьеро. Палата начала делиться версиями. Раз недолго ее не было и привезли сюда, а не в реанимационную -значит, аборт или чистка по показаниям. Но после аборта не лежат , а она с вещами. Скорее всего, ребенок замер на раннем сроке. Соседки по палате уже знали,что девушку зовут Вика, и успели рассмотреть на пальце обручальное кольцо. Если плакала и замужняя, точно собиралась рожать. Проснется, будет голосить и настроение портить.
Вика отходила от наркоза, постанывала, ворочалась. Потом как-то резко очнулась, с трудом соображая после укола, где она,села на кровати. Было видно, что ей больно. Боль физическая и душевная, да еще и на людях ...Горько и мучительно. И так хочется домой, в свою постель, к своим близким.
Кровать Вики стояла рядом с кроватью Наташи, которая лежала с воспалением придатков. Наташа целыми днями разговаривала по телефону, смаковала сплетни, обсуждая знакомых. Досталось даже Дженнифер Лопес, у которой, оказывается, короткие ноги. Когда Вика проснулась, Наташа придирчиво пересчитывала бутоны в букете садовых роз, которые ей подарила новая свекровь - вдруг четное количество, это ж точно порча! Несчастная Вика случайно, толком не очнувшись,обула тапочки Наташи вместо своих, и,скорчившись, побрела в туалет. Она даже не заметила, что по ногам сзади у нее струится кровь...Когда девушка вернулась, Наташа накинулась на нее:
- Девушка, вы слепая? Это мои тапки! Вы мне их кровью уделали, как я их обую теперь ,блин?!
Вика оторопела и бросилась извиняться. Заметалась по палате, держась за низ живота, взяла мыло и кое-как стала замывать эти паршивые тапки...
Потом пристроила их на батарее, легла в постель, скрючилась вся под казенным одеялом со штемпелем и беззвучно заплакала.
Очень хотелось взять эти проклятые мокрые тапки и дать ими Наташе по морде. А потом добавить свекровиным букетом для верности.