В особые минуты оглядываюсь назад. Вспоминаю беззаботное время, такое чистое и наивное, как ровным счётом и детские амбиции. На дворе стоял 2008 год. Серебряная луна отражалась на едва колыхающейся речной глади, и я с другом шёл по мосту, навстречу приключениям и новым знакомствам.
Позади простилалась цветущая долина и тысячи огней из уютных деревенских домишек. Перед нами же были на несколько километров, будто изрытые огромными ковшами, песчаные барханы, и лес, огороженный густым хворостом. Тяжело было ступать по вяжущему песку, но фантазии о успехе с противоположным полом, придавали сил в двухчасовой дороге.
Ближе к лесу стали отчётливо слышать где-то шорох, где-то взмах крыльев и одинокое завывание волка. И что удивительно, нас нисколько это не тревожило. Мы зашли в глубь леса и вышли на деревню, где живут одни Даргинцы, и занимаются животноводством. Дома стояли поодаль дороги, а прямо перед ней жители из брёвен воздвигли огромные кострища.
Хорошо окопанные кострища, так ярко горели, что куда бы мы не посмотрели, у нас рябило в глазах. Мы уже знали, что это означает только одно, что волки голодны и хотят наведаться до вкусных овечек.
Деревня была позади нас, когда мы приближались к тому самому повороту. В моём телефоне играла одна единственная песня, потому как больше памяти у него не было. (И это обидно. Работать всё лето ради телефона! С другой стороны, лучше выбора в моём селе не было). И горел в нём фонарик освещая дорогу. И тут! Из тьмы! Как тень! Выскочил он! Волкодав.
Он злобно рычал и медленно приближался к нам. Нас охватил животный страх, и на секунду, наверное, меня, как и моего друга парализовало. Затем неожиданно синхронно мы схватили друг друга за грудки, и начали орать, смотря друг другу в глаза. Затем также синхронно, не отпуская друг друга, в диком испуге, стали кричать на собаку, при этом светя телефоном. Мне кажется, что пёс озадачено приподнял бровь, в недоумении от двуногих идиотов, потому как он остановился и не стал нападать. Развернулся, что-то буркнул по-собачьи под нос и ушёл восвояси в тьму, из которой так неожиданно появился.
До заветной деревни оставалось несколько сотен метров. Мы не нашли ожидаемого моста, потому как, наверное, свернули раньше. Возможно, и не напоролись бы на грозную собаку. Вариантов было не много, можно было лишь форсировать реку. Но я опять отличился и решил, что неплохо было бы немного искупаться. Егор плавал в плавках, а я решил раздеться полностью, чтобы одежда осталась сухой. Неожиданно с другого берега послышался звук мотоциклов, и прямо перед нами завиднелись силуэты парней и девушек. Девушек было в разы больше. Я знал этих ребят мы дружили из-за различных слётов, олимпиад и районных конкурсов. Купаясь, Егор мило ворковал с девушками, а я купался в стороне охваченный стыдом и одиночеством. Наконец они вылезли. Фары мотоциклов светили на реку, и посреди реки, с синеющими губами, барахталось дрожащее тело. Девушки заботливо просили вылезти, но я, дрожа говорил, что вода прекрасна и из неё не хочется выходить. Егор на ухо одному из парней сказал в чём тут дело, и они уехали, оставив на ночной дороге облако пыли.
Перед глазами появился дом Анастасии. В её комнату было открыто окно. Егор ушёл на лавочку в центре деревни, а я припал на колено перед окном и начал читать стихи, наспех придуманные по дороге:
О Анастасия! О Анастасия!
Меня неведомою силой
К твои порогам занесло
Так будь же милой!
Так будь же милой!
Яви своё прекрасное лицо!
И в окне появилась.
Нет, не Анастасия. В окне появилась Светлана Александровна. Положила локти на подоконник, а голову на ладони. Хорошие стихи Леонид, но Настя ушла с Павлом. Затем улыбнувшись, сказала, - «А я бы выбрала тебя!».
Я шёл поникший, и чувствовал будто меня облили нечистотами. Я всё думал, ведь Павел, разговаривает через раз, настолько он приземлённый. Единственное его преимущество — это стать и недюжинная сила. Наверное, это перекрывает всё, так мне тогда казалось.
Домой мы возвращались длинной дорогой, не через лес, чтобы судьбу на прочность не испытывать. Но всё-таки через лес мы ходили потом всё равно. И были случаи разные.
Но в этот раз мы вернулись домой без происшествий. Потом был случай, когда я нарвал роз в дендрарии школы и шёл окрылённый на свидание к Веронике. Я признал её издалека и сердце наполнилось трепетом. Но подъехал мотоцикл к остановке. огромный мужик впился в неё губами, и они уехали. Постепенно стал затихать звук мотора на фоне горизонта, и красного, уставшего, вечернего солнца, а я выкинул цветы в канаву и побрёл домой.
Была ещё девушка, которая липла ко всем моим друзьям. Я смеялся над ними. Пока…Пока она не стала липнуть ко мне. Никакие уговоры, никакие обидные слова, ничего её не останавливало. Оглядываясь назад, мне стыдно, что я её обижал. Хотя если честно я не помню ни её лица, ни имени, ни фамилии, ничего. Надеюсь, у неё всё хорошо.
Я стал общаться с девушками, которым было очень интересно моё творчество. Много работал, прилежно учился и плоды трудов не заставили долго ждать. И прежде всего как и сейчас мне интересна была каждая девушка, как человек, а не как ресурс потребностей. Наверное, поэтому, я не был на слуху у многих девушек, но те девушки, с которыми я дружил, были поистине прекрасны и телом, и душой.
Прошло больше десяти лет. Многое изменилось. Но я по-прежнему с теплом вспоминаю время своих первых свиданий, когда сердце было мягким и наивным, и в своей любви могла обнять целую планету.
Ищите!
Любите!
Цените!
Вспоминайте!
И всё у вас получится.
Всегда ваш – Провинциальный Джонни!