Почему-то запомнилась строчка из Комсомольской правды: «… поют блатную пошлятину Новиков и Токарев». Это самое начало 80-х - новиковский «Извозчик» и токаревский «Балаган» разлетелись по стране со скоростью «Ласкового мая», появившись сразу и везде. Тогда, паренёк из Советского Союза, от которого до Америки было как до Луны, а то и дальше, понимал и не понимал Токарева одновременно:
А в темноте «Свободу» видно даже лучше,
"Эмпайр-билдинг" зажигает огоньки…
Свободу я воспринимал буквально, а не как статую. Что же касается 103-этажного Empire State Building (по нему в одноимённом фильме лазил Кин-Конг), то это название казалось мне просто немыслимым сочетанием букв.
Зато отсутствовали сомнения в том, что:
Все американочки тощие, как воблочки.
Все американочки лёгкие, как облачко…
И дюже было обидно за нашу «девушку Таню», которую обозвали в США:
Я сюда приехала розовой, здоровою,
Но кто-то обозвал меня «толстою коровою».
Супруга 44-го президента США – Мишель Обама, не скуки ради и мещанства для, устроила прямо на лужайке Белого дома свои знаменитые, овощные грядки. Сей огород затевался в рамках кампании по борьбе с ожирением в США, и таким образом, первая хозяйка страны пыталась привить пользу здорового питания, выступив личным примером.
Без денег вечером, здесь делать нечего,
Здесь денег стоит даже чистая вода.
Ну, разве не преувеличение? Ну, не может «чистая вода» стоить денег! Да в СССР стакан воды стоил копейку, но всё же не «чистой», а «газированной».
Я Гринвич-виллидж очень сильно обожаю -
Там «голубые» жизнь кайфовую ведут…
Догадывался, что Greenwich Village, наверное, какой-то район Нью-Йорка, но «голубых» считал … малярами. И даже вторая часть куплета «укладывалась» в мою логику:
Всегда приметные, всю жизнь бездетные,
И на аборты эти дяди не идут!
«Приметные» - потому что испачканы краской, «бездетные» - потому что много работы и некогда создавать семью. «И на аборты эти дяди не идут» - всё правильно, какие «аборты», они же «дяди»!
Hебоскpебы, небоскpебы, а я маленький такой
То мне стpашно, то мне гpустно, то теpяю свой покой…
Уже потом в Нью-Йорке я оценил, насколько же точно Токарев передал настроение этого города, если взираешь на него не с вершины «башен», а находишься у подножья, пробираясь между «небоскрёбами», как по ущелью…
Когда у Токарева начались гастроли, я несколько раз встречался с ним, шутливо намекая: «Владимир Ильич, пора бы уже вернуться». (Его настоящее имя – Вилен, в честь Ленина). Так оно и случилось, хотя ранее он исполнял:
Прошли нелёгкие года,
И можем мы гордиться,
Что в новом доме навсегда,
А старый - за границей.
Понятно, какой дом в 1984 был для него «новый», а какой «старый». И всё-таки, никогда не говори (и не пой) «навсегда»…